Он скрестил руки на груди.
— Если новую систему снимут, у меня будут портиться продукты.
— Никто и не собирается ее снимать. — Она устало вздохнула. — Вы ее заказали и несете за это ответственность. Вы должны ее оплатить.
— Даже если я соглашусь, а я не соглашусь, у меня все равно не хватит денег. — Он взглянул на нее с горьким упреком. — Фирма наверняка заберет систему, если не внести плату в течение месяца или двух.
Карли пожала плечами.
— Это ваша проблема. — Она повернулась, собираясь уходить.
Он не ответил, только сверлил ее взглядом, полным негодования.
По дороге к «Карусели» Карли представляла себе, сколько еще раз в начале месяца в ее почте появится счет за новый кондиционер Фрица Хейнкеля и сколько еще путешествий в «Деликатесы» ей придется совершить, чтобы заставить его заплатить.
Чеки за аренду она должна была получать первого числа каждого месяца. Шейла и Педро заплатили третьего, а Фриц четвертого.
Когда Карли подсчитала дебет и кредит, она была приятно удивлена тем, что прошедший месяц не принес ей убытков. Несмотря на дополнительные расходы, здание давало доход. Потом она вспомнила, что из этой суммы надо еще вычесть налоги и страховку, поэтому общий доход оказался гораздо менее внушительным.
Она посмотрела, когда корпорация обычно получала арендную плату от Надин Ньюхарт — первого или второго числа. Сегодня было пятое. Где ее чек?
И, если уж на то пошло, куда подевалась сама Надин? Обычно она раза два в неделю заглядывала в «Карусель» поболтать и посмотреть на животных. Карли не видела ее уже почти целый месяц — ни разу после знакомства с Джонатаном. С того дня вся ее жизнь перевернулась. Какая-то часть ее сознания теперь делила все события на «до Джонатана» и «после Джонатана». Так вот, Надин в последний раз заходила в «Карусель» до Джонатана.
— Ты можешь несколько минут продержаться одна? — спросила она Барбару.
— Разумеется, милая. — Помощница оторвала взгляд от пуделя, которого стригла. Еще три собаки ждали своей очереди в клетках. — Кэтлин вот-вот должна вернуться с тенниса.
Карли покачала головой.
— Нет, она вернется только после ленча. Она собиралась пройтись по магазинам.
Барбара поджала губы.
— Карли, ты портишь ребенка. Теперь, когда у тебя завелись деньги, с ней сладу не будет, если ты станешь, как всегда, ей во всем потакать.
— Пусть она наслаждается жизнью, пока молода. — Карли старалась говорить таким тоном, чтобы не было похоже, что она оправдывается. — Еще успеет наработаться, когда кончит колледж.
— Если кончит.
Карли сделала вид, что не слышала. Ей не хотелось даже думать об отметках Кэтлин. Сама она получила высшие баллы, несмотря на то, что ей приходилось работать и самой платить за все. Теперь она никак не могла понять, почему Кэтлин, у которой не было других обязанностей, так плохо учится.
— Вернусь очень скоро, — крикнула она от двери.
И через минуту оказалась в магазинчике Надин, расположенном между заведениями Шейлы и Фрица.
Хотя Надин Ньюхарт и Карли были почти ровесницами, они нисколько не походили друг на друга ни внешностью, ни характером. Низенькая и плотная Надин предпочитала безопасные окольные пути в противоположность Карли с ее напористой прямотой. И все же Надин была гораздо ближе Карли, чем остальные арендаторы. В отличие от них Надин любила животных и поэтому относилась к четвероногим клиентам Карли с большой симпатией.
Дела в ювелирном магазине Надин, где продавались изысканные украшения по ее собственным эскизам, по-видимому, шли в гору. Несмотря на ранний час, в нем уже было немало посетителей, что порадовало Карли. Два продавца и сама Надин обслуживали покупателей. Надин подняла глаза, увидела Карли и улыбнулась милой застенчивой улыбкой.
— Я сейчас освобожусь.
Карли встала у витрины, где были выставлены ожерелья из бирюзы, гадая, долго ли ей придется ждать. Оказалось, что недолго. Она была приятно удивлена тем, как быстро Надин сумела закончить переговоры с клиенткой.
Надин пальцем поманила Карли в большую мастерскую, расположенную за магазином. За высоким столом, низко склонившись над работой, сидел ювелир. Он пинцетом укладывал полудрагоценные камни на тонкой золотой цепочке. Когда они проходили мимо стола, он оторвался от работы, кивнул и улыбнулся им.
Дверь, выходящая на маленькую автомобильную стоянку, была открыта. За несколько кварталов доносился шум прибоя, а соленый морской воздух мешался с ароматом свежеприготовленного кофе. Надин налила чашку и добавила как раз столько сливок, сколько любила Карли.