Они пересекли мексиканскую границу в двенадцати милях к югу от Сан-Диего, и на это потребовалась всего пара минут. Джонатан сказал несколько слов на испанском, и полицейский махнул рукой, пропуская их.
Потом Джонатан некоторое время осторожно вел машину по главной улице пограничного городка Тиахуана, которая, несмотря на деревья, растущие по обеим сторонам, казалась какой-то запущенной.
Через некоторое время они наконец выбрались из хаотического нагромождения промышленных зданий на окраине городка и выехали на двухполосное шоссе. Но, доехав до развилки, Джонатан не повернул на запад в сторону Энсенады, а продолжал двигаться прямо, в направлении Мехико.
— Вам обязательно надо посмотреть на одну достопримечательность, — объявил он. — В детстве это было мое самое любимое место.
Он говорил с таким энтузиазмом, что Карли поняла — он горит желанием снова оказаться там.
— Что же это такое?
— Это такое образование в скале, через которое во время прилива океанская вода выбрасывается вверх, как из гейзера. — Джонатан усмехнулся. — Я подумал, что вы не станете возражать против такого развлечения, и проверил время прилива, чтобы ничего не пропустить.
Карли пришла в восторг, догадавшись, что он хочет разделить с ней радость встречи с любимым местом.
— Конечно, поехали скорее. Это действительно похоже на гейзер?
— Да, только вода идет из океана, а не из-под земли. Это отверстие называется La Bufadora, что означает буквально «нос быка».
Джонатан остановился неподалеку от скал на маленькой стоянке, почти до отказа забитой машинами, многие из которых были с американскими номерами.
Вместе с Королем Генри, которого Карли держала на поводке, и Шебой, которая шла рядом с Джонатаном, они присоединились к толпе туристов, облепивших скалы в ожидании зрелища. Долго ждать не пришлось. Как только волны надвигавшегося прилива ударили в подножие скал, высоко в воздух взметнулся столб морской воды, обдав зрителей солеными брызгами.
Карли с удовольствием наблюдала некоторое время за могучей игрой природной стихии, а потом поймала себя на том, что смотрит на Джонатана. В первый раз с тех пор, как они познакомились, он казался совершенно раскованным. Рев прибоя и соленый воздух, как видно, действовали на него успокаивающе. Она как завороженная не могла оторвать взгляд от его лица, на котором застыло выражение тихой радости. Карли словно увидела его в детстве — одинокий ребенок, который естественнее чувствует себя в диком месте, среди скал на берегу океана, чем в лучших европейских отелях. Когда она представила себе этого мальчика, Джонатан стал ей ближе и дороже.
Держа Карли за руку, он тянул ее то в одно место, откуда, на его взгляд, открывался потрясающий вид, то в другое, и она снова чувствовала себя девочкой, которая улизнула от родителей с самым красивым мальчиком в городе. Но ощущения, которые она испытывала, касаясь его руки, были отнюдь не ощущениями девочки.
Каждый раз, когда они останавливались, чтобы полюбоваться океанским простором, собаки послушно садились рядом с хозяевами. Суматошный ретривер, «казалось, решил во всем подражать догу. Карли скоро совсем перестала беспокоиться о собаках.
Джонатан указал вверх.
— Видите вон ту скалу? — Он как бы невзначай обхватил ее одной рукой за талию, а другой показывал, куда смотреть.
Карли прищурилась от солнца, прилагая все усилия к тому, чтобы он не заметил, что она дрожит.
— С плоской вершиной?
Джонатан крепче прижал ее к себе и улыбнулся.
— Я часто залезал на нее, когда был ребенком.
— А падать вам не приходилось?
Она вдруг почувствовала странную тянущую боль внизу живота и никак не могла понять, от чего — от его близости или от того, что она представила себе падение.
Отпустив ее, он покачал головой.
— В те далекие дни я был ловок, как горный козел.
Джонатан стал рассказывать, что эта скала была самой высокой в окрестностях, что залезть на нее было очень непростым делом, описал рокот волн, бьющихся внизу о скалы. Карли понимала, что все, о чем он говорит, было важной частью его жизни.
Когда наступил полдень, Джонатан предложил позавтракать в фургоне. Он поставил два стула рядом с маленьким столиком, потом выложил на стол сандвичи с индейкой и картофельный салат, приготовленные Маргеритой. Они ели, а через открытую дверь был виден океан, и в их ушах звучали ритмичные удары волн о скалы.