7
За изучение английского языка Аня решила взяться серьезно, что тут же вызвало веселенькую реакцию Сармы.
— Решила работать по иностранцам? Ну, этим ты папашку Штрома очень обрадуешь!
— Это почему?
— Если обычных проституток он еще милует, то валютных ненавидит со всей страстью своей темной души!
— За что? — спросила Аня. — Какая, собственно говоря, разница?
— А ты что-нибудь о такой новой заразе, как СПИД, слышала?
— Да так, — ответила Аня.
— Не так, дорогая, — очень серьезно ответила Сарма. — Это, говорят, чума двадцатого века! Подхватишь — сразу заказывай гроб. Хуже всякого рака, сифилистона и инфаркта! В Америке уже черт знает сколько народу от нее передохло, и передовики в этом деле — гомосеки!
— Откуда эта напасть свалилась? — равнодушно спросила Аня.
— А хрен его знает! Недавно слышала, что якобы американцы в своих секретных лабораториях разрабатывали вирус, а он сбежал, и теперь с ним справиться не могут. Но я думаю, что это из Африки. Где-то в джунглях мужики неизвестно зачем трахали маленьких зеленых обезьян. Обезьянам этот вирус что насморк, а люди от него умирают как мухи. Кир Герасимов сказал, что лет через пять у нас половина страны дуба даст! Но самое скверное, что мужики — они же первые трусишки — со страху по углам попрячутся, приборы свои поставят на консервацию или с презервативами расставаться не будут, а я эти штуки терпеть не могу!
Грозное сообщение оставило Аню вполне равнодушной. Во все катастрофы подобного рода (обещанный многими конец света) Аня не верила. Полагала, что кому-то выгодно придумывать «расплату за грехи», чтобы именно им, предсказателям, хорошо было жить и грешить.
— Переживем и твой СПИД, — беззаботно сказала она. — Во всяком случае, учить английский язык он мне помешать не может.
В магазине учебных пособий ей пояснили, что на сегодняшний день самый лучший учебник английского языка — это «Бонк» с приложенными к нему кассетами, но бывает он крайне редко и искать его по магазинам — занятие, обреченное на неудачу.
Но она все же двинулась на поиски и около памятника Ленину встретила Гарика Кристаповича, саксофониста из кафе «Лира», и он, саксофонист, сказал, что в данном вопросе проблем нет.
Он довел Аню до букинистического магазина, где через двух своих знакомых вывел Аню на третьего, а тот, виляя жуликоватыми глазами, принес ей два тома учебника и набор аудиокассет к нему.
С Гариком пришлось выпить коньяку, но его доброта на этом не кончилась, он проводил Аню до комиссионного магазина, где самолично подобрал ей портативный магнитофон, который, кроме всех прочих отменных качеств, имел еще и наушники, так что, натянув их на голову и включив запись, можно было изучать английский хоть в трамвае, хоть на пляже. Приобретения влетели в копеечку.
— На современные технические приспособления денег жалеть нельзя! — убежденно сказал Гарик. — Они украшают жизнь, ты идешь в ногу со временем! У меня, к примеру, все, чем я пользуюсь, — самого высокого качества! Электробритва «Филипс», часы «Сейко», трубка «Данхил», телефон с автоответчиком, телевизор японский, а мой саксофон канадский стОит, как автомобиль!
Кроме перечисленных материальных ценностей, по убеждению всей культурной Риги, Гарик обладал еще редкостным талантом, который успешно пропивал, незаметно спускаясь с высот эстрады до оркестриков в кафе.
Магнитофон тоже пришлось обмыть. Изрядно захмелевший Гарик поплелся домой, сказав на прощанье, что вечером ждет Аню и Сарму у себя в «Лире», где третий день широко гуляет местная футбольная команда, разгромно проигравшая все мыслимые и немыслимые чемпионаты.
Аня двинулась по городу куда глаза глядят. Не утерпела и поставила кассету, натянула на голову наушники.
Но из-за этих упражнений через полчаса около Бастионной горки ее обругал Кир Герасимов. Сперва содрал с головы наушники, а потом проорал:
— Я за тобой целый квартал как мальчик бегу и кричу, а ты не слышишь! Это же только шпана, фуфлыжники ходят с наушниками на голове, а ты приличная дама и со всякой шелупонью не равняйся!
— Здравствуй, Кир, — сказала Аня, тут же решив, что он абсолютно прав.
— Здравствуй, я тебя уже третий день ищу.
— Зачем? — Она состроила наивные глаза.
— Не кривляйся! Знаешь, зачем! Просила пристроить, так я и нашел тебе теплый уголок! Считай, что ты вытащила лотерейный билет, какой перепадает крайне редко. Одной из тысячи женщин и только раз в жизни. Боже ты мой, до чего же я добрый мужик! Всем стараюсь делать хорошо, о всех забочусь, а по Риге ходят слухи, что я жулик, ворюга и чуть ли не гангстер.