— В конце концов, как он узнает, что мы посмотрели его сообщения?
Голос Киры раздался над моим ухом, как назойливое жужжание комара. Я закатила глаза, выдохнула и стёрла одним лишь нажатием клавиш очередной заголовок будущей новости. Она подперла голову рукой и подмигнула мне, прекрасно зная, что я её слышу.
— Отстань, — пробормотала я и сердитым взглядом уставилась в заметки планшета.
— У тебя появился шанс заглянуть в телефон красавчика-биатлониста из сборной, не последнего, между прочим, человека, а ты занудствуешь, — подруга продолжала наседать. — Просто переверни телефон экраном вверх.
Я едва не начала биться головой о клавиатуру.
— Не хочешь лезть в его телефон, залезь в свой, — Кира придвинулась ближе. — Давай его загуглим?
— И как это ты раньше не догадалась? — я поймала на себе любопытный взгляд сидящего напротив Миши и нервно вздохнула.
С другой стороны, банальное любопытство ещё никто не отменял. Не просто же так его телефон разрывается от уведомлений, а Альберт ненавязчиво намекнул нам почитать про Холменколлен. Мало ли, с кем мы делим шале? Вдруг он маньяк-извращенец? Да, именно так и есть — маньяк-извращенец-биатлонист.
Кира, уловив моё настроение, выхватила из моих рук мой же телефон и резво заклацала по экрану. Всё равно работы нет — мы сидели в офисе, как провинившиеся школьники, но на деле сегодня все справились на ура. Сережа подготовил сетку работы и распределил обязанности, Лия и Кирилл составили список потенциальных инфлюенсеров, а Миша и Никита вместе с нами разработали план ближайших мероприятий и рекламных событий. Сославшись на важную встречу, Сергей покинул офис самый первый, а Лия и Кирилл умчались на трассу — обкатывать новые лыжи. В офисе остались самые стойкие, но, по правде говоря, вот уже полчаса мы просто бездельничали.
— Смотри-ка, — Кира пихнула меня плечом, привлекая моё внимание к экрану телефона.
Взгляд сразу же наткнулся на статью от «Бернского утра». В ней говорилось о драке, произошедшей прямо на старте перед гонкой за Кубок Мира в Холлменколене. Тимур напал на своего тренера, Игоря Самойлова, «будучи под воздействием наркотического опьянения».
Мы с Кирой переглянулись и перешли по следующей ссылке.
В другой статье говорилось о том, что следов наркотиков в крови Тимура не нашли, но какое-то запрещённое для выступлений вещество всё же обнаружили, а с тренером он подрался из-за девушки.
На пятом кричащем заголовке голова у нас пошла кругом, и мы молча заблокировали мой телефон.
Итак, его вышвырнули из сборной, потому что он подрался со своим тренером, а потом у него нашли что-то запрещенное в крови… или всё же это были наркотики? В любом случае, на фото, прикрепленных к статьям, всё выглядело плачевно — разъяренный Тимур, кровь на снегу, разбитое лицо другого мужчины, видимо, того самого Игоря.
Что бы там ни случилось, едва ли не через каждый абзац проскальзывало единственное слово, отпечатавшееся в моей голове.
«Агрессивный».
— Может, пока не поздно, подыщем другое жильё? — Кира усмехнулась. — Мало ли, ещё задушит тебя во сне подушкой.
— Не дури, — я фыркнула, стараясь скрыть испуг.
— О чём это вы там секретничаете? — наконец, после долгого наблюдения, Миша подал голос.
— Не твоё дело. Как-то слишком часто ты стал совать нос в нашу болтовню.
Кира прокашлялась, отвернувшись, и тут нашу еще не начавшуюся перепалку прервал Никита, громко захлопнув ноутбук и устало потянувшись в кресле. В этот момент все мы почти синхронно бросили взгляд на настенные часы у стеклянных дверей.
Почти семь.
Ни Левинский, ни Сережа к нам за весь вечер так и не заглянули. Похоже, первого мало волновал процесс — он ставил на результат. Но куда подевался наш начальник, так ратующий за свое дело?
В какой-то момент я настолько глубоко увязла в мыслях о нем, что не сразу услышала надоедливое жужжание над своим ухом. А когда услышала — пришла в ярость.
— Ладно, плевать на статьи, теперь мы хотя бы знаем, почему его телефон так разрывается от уведомлений, — Кира поиграла бровями.
— Это не телефон, это обуза.
— Ох. Давай будем честными, подруга, если бы ты хотела, ты бы догнала его там, на стадионе, и вернула бы телефон. Ну, или сама вернулась в шале и оставила телефон на столе. Но ты этого не сделала. А потащила его с собой, — Кира схватила со стула свою сумку и, забросив её на плечо, широко улыбнулась. — Вывод один: ты хочешь, чтобы он сам за ним пришел.