Может, это и к лучшему? Может, вот он, мой шанс переложить ответственность на кого-то другого?
Женя приветливо улыбнулся и, сказав что-то парням, подошёл ко мне. Он был в полной экипировке, но без винтовки.
— Привет! Что ты здесь делаешь? Почему одна?
— Привет, э-э-э... есть одно дело, — ощутив, как тревога буквально сжимает мою душу, я отвела взгляд и несколько раз вздохнула.
Нет, наверное, это будет идиотским решением. Я узнала об этом. Значит, я должна донести эту новость до Тима лично. Никаких посредников.
— Всё в порядке? — он коснулся моего плеча.
— Да, всё в полном... слушай, ты не видел Тимура? Мне срочно нужно ему кое-что передать.
Его взгляд изменился — из обеспокоенного он вдруг стал весёлым. Женя улыбнулся уголком губ, подняв брови.
— Вчера вы не воспользовались шансом?
— Что? Боже мой, Женя! — осознание, на секунду мелькнувшее в голове, заставило меня несильно хлопнуть его по плечу. — Дело и правда важное. Тим сам обо всем тебе расскажет. Просто скажи мне, где он.
— Они с Андрюхой решили остаться на пристрелке. Может, ещё успеешь застать их там.
— Прекрасно! Спасибо, — улыбнувшись ему, я торопливо направилась в сторону дверей стадиона, когда он снова меня окликнул.
Я обернулась уже возле двери и невольно поймала на себе заинтересованные взгляды биатлонистов, сопровождающих Женю. Их было трое, и лицо одного из них почему-то показалось мне знакомым. Должно быть, мы снимали его для первой рекламы позавчера.
— Ты помнишь, о чем я тебе говорил? — предостерёг меня Женя, склонив голову набок.
Мне оставалось лишь закатить глаза и, помахав ему рукой, потянуть на себя тяжёлую дверь стадиона. Что бы он ни имел в виду, мне сейчас не до этого. В конце концов, задача у меня была серьёзной — выйти из стадиона к трибунам и найти пристрелку.
Тревога усилилась. Я огляделась по сторонам в просторном холле с панорамными окнами, что выходили на начало трассы — стартовую арку.
Выход на трассу предстал передо мной, как врата Рая. Я вздохнула и вышла на улицу, выискивая возбужденным взглядом зону пристрелки. Несколько раз прошлась вдоль ограждения и, наконец, заметила ярко-красные коврики, ровным рядом уложенные друг за другом. На них стояли, прицеливаясь, трое мужчин. Ещё двое лежали. Один стоял с блокнотом чуть поодаль — видимо, тренер. Я вздрогнула, когда на весь стадион раздался глухой выстрел. Стрелявшим был Тим — я узнала его чёткий профиль, когда он повернулся, чтобы перезарядить ружье.
— Неплохо! Попробуй на тринадцать часов, — прикрикнул тренер.
Лантратов вскинул голову и прицелился. Послышался второй выстрел, но на этот раз его воспроизвел биатлонист, лежащий на коврике. Я даже не взглянула на него — вниманием завладел Тим. Он выглядел потрясающе, когда был сосредоточен на стрельбе, форма облегала его рельефные мышцы, плечи были напряжены, а взгляд… как бы мне хотелось увидеть его глаза сейчас. Наверняка сверкают, как у хищной птицы перед нападением.
Заметив, как его плечи опустились в выдохе, после чего он покачал головой, я невольно напряглась.
— Андрианов без штрафных, не разочаровал, — прикрикнул тренер. — Лантратов?
Тимур обернулся, и мне пришлось пригнуться, чтобы он меня не заметил. Они стояли всего метрах в десяти от моего укрытия. Он запросто мог уличить меня в подглядывании.
— Один доп-патрон.
— Достаточно, — мужчина положил блокнот в карман. — Тебе надо перевести дух. Отдохнёшь и вернешься на пристрелку.
— Но ещё одиннадцать минут! — рявкнул Тим.
Я вскинула брови. Одиннадцать минут? Он что, считает минуты?
— Да, давай, Лантратов, сходи отдохни, годика через три возвращайся, — усмехнулся тот, что лежал на коврике.
Я сжала челюсти. А это что за придурок?
Но Тимур, на удивление, ничего не ответил. Он покачал головой, перебросил ружье за плечо и подошел к мужчине, что стоял дальше всех на стрельбище. Биатлонист повернулся, и я узнала в нём Андрея. Они что-то сказали друг другу, а затем Тим покачал головой, усмехнулся и двинулся в мою сторону.
Сердце ухнуло в пятки. Я села на корточки, молясь, чтобы он не заметил, и прикусила ноготь на большом пальце. Где-то совсем рядом заскрипел под лыжными ботинками снег. Затаив дыхание, я краем глаза уловила движение. Тим зашел в зону болельщиков и направился прямиком к главному входу стадиона.
Выждав пару минут, я с абсолютно глупой решимостью направилась за ним.
Сейчас. Я должна предупредить его сейчас.
Он ведь наверняка направился в раздевалку верно? Вот только где она может быть?