— Ну... большое спасибо, что подвезли меня, — на выдохе произнесла я и бегло посмотрела на окна — свет повсюду был приглушен. — Будем надеяться, что наша экстремальная вылазка не была бесполезной.
— Ты молодец, Саш, мне безумно понравилась идея с благотворительностью. Уверен, когда Альберт протрезвеет, он тоже будет доволен.
Я засмеялась, покачав головой, но тут же умолкла, когда Сергей спустился на одну ступеньку ниже.
— Ну... мне пора?
— Да... до завтра, — улыбнувшись ему, я шагнула к двери и схватилась за ручку.
Он ничего не ответил, и я отвернулась, слыша его шаги. Где-то наверху заскрипела оконная рама. Я почти открыла дверь, когда вдруг услышала, как Сергей окликнул меня.
— Саш, постой... — вдруг выпалил он, заставив меня обернуться. — Может, отметим это событие? Я имею в виду, не в Вилке, а... к примеру здесь, в шале. Уверен, у вас с Кирой завалялась бутылка вина. Или мы могли бы выпить... кофе, если у вас ничего нет. Хотя, в конце концов, я мог бы и Мишу отправить за вином.
Я… не ослышалась?
Кажется, земля ушла у меня из-под ног, голова закружилась, а воздуха совсем не осталось. Я смотрела на него, как на приведение, и не могла поверить.
Сергей что... клеится? Или... как это черт возьми понимать?
Господи.
Я замерла, не зная, как реагировать. Наверное, нужно сейчас завопить от радости? Броситься ему на шею, выпалив все, что я грела в себе весь этот год?
Нервно заломив запястья, я выдохнула облачко пара и осмотрелась по сторонам. Так странно. Почему я не чувствую того всеобъемлющего счастья, которое прежде переполняло меня от одной лишь мысли о том, что Сергей существует на одной планете со мной? И хотя представлять Мишу, бегущего в метель нам за вином, было редкостным удовольствием, это всё же казалось чем-то из разряда фантастики.
Тогда взгляд мой испуганно забегал, в горле пересохло, и единственное, о чем мне не хотелось думать, я вдруг зачем-то озвучила:
— Боюсь, ваша девушка вас уже заждалась.
В этот миг я вдруг зачем-то представила Тима. Его глаза, препарирующие меня, его злость, огнём перебрасывающуюся и на меня...
А ревновал бы он? Злился бы? Там, в ресторане, мне показалось, что он...
Чёрт.
Не думай о нем.
Никогда. Ни при каких обстоятельствах.
— Моя девушка уже... мы расстались. Все сложно. Если это останавливает тебя, то не думай о таких вещах. Мы просто выпьем вина. Познакомимся ближе. Слушай, мы уже столько работаем вместе, а я совершенно ничего не знаю о такой удивительной девушке, как ты!
Я в растерянности уставилась на мужчину, в которого была влюблена на протяжении целого года.
Удивительной? Он считает меня удивительной?
Весь мой мир разделился надвое в этот момент. Я отвела взгляд и задержала дыхание — пульс подлетел до той отметки, на которой уже принято везти человека в реанимацию. В душе воцарился полный раздрай. Одна часть меня была счастлива, в конце концов, её мечта сбылась... а другую выворачивало от неприязни. Как такое возможно? Сергей поднялся на одну ступеньку ближе, и я машинально схватилась за ручку двери.
Это и был ответ.
Не для него. Для меня.
— Простите, но... я ужасно устала. И вам тоже следует отдохнуть. Чтобы ни решил Альберт, завтра нас ждёт тяжёлый день.
— Ты права, — мгновенно отозвался он. — Но, прошу, обращайся ко мне «на ты», хорошо?
Я кивнула, с трудом растянув губы в улыбке, и, дождавшись, когда он сядет на снегоход, открыла дверь и зашла в дом. Так и замерев лицом к двери и задержав ладонь на ручке, я припала лбом к деревянной поверхности и шумно выдохнула.
Ну и денёк...
Нет, ни о каком сне не может быть и речи. Получить такую порцию адреналина и просто... уснуть? Я должна разбудить Киру, если она, конечно, вообще здесь, и обо всем ей рассказать. Раньше своими проблемами я делилась только с Антоном, но теперь, когда этот засранец...
— Знаешь, ты могла бы одолжить вино и у меня, — вдруг прогремел голос за моей спиной.
Я едва не подпрыгнула на месте и обернулась, приложив ладонь к груди.
Боже, как напугал!
Прерывисто вздохнув, я уставилась на мужчину перед собой. Тимур стоял напротив, глаза его горели настоящей дьявольщиной, а губы были плотно сжаты. Само олицетворение злобы, ясной лишь ему одному. Настроение у меня подлетело мгновенно — не застань он меня врасплох, я бы злорадно расхохоталась ему в лицо.