— Дай угадаю: когда-то давно кто-то сделал больно ему?
Женя кивнул, отведя взгляд. Какая неожиданность.
— Эта история стара, как мир! — вспыхнула я. — Мужчины всегда прикрываются этим. Я не хочу отношений, ведь в прошлых меня очень сильно ранили. Я не хочу влюбляться, ведь когда-то десять лет назад кто-то разбил мне сердце. Бла-бла-бла! Почему девушки никогда так не говорят? Почему мы, оправившись от одной боли, готовы открывать свое сердце кому-то новому? Потому что мы намного сильнее мужчин. Выносливее! Кто бы что ни говорил. Мы не будем причинять боль другим только потому, что кто-то когда-то сделал больно нам. Конечно, исключения есть везде, но мужчины всегда поступают так. Они будут мстить другим за то, что им делали больно. Тебе не кажется, что это слегка... несправедливо?
— Нет, я не думаю, что Тим делает это осознанно. И знаю, что что бы он тебе вчера ни наговорил, он уже жалеет об этом.
— Это вряд ли. Ты сказал, что он крепко спит, — закатила глаза я.
Женя усмехнулся, но тут же стал серьёзным.
— Я не должен с тобой так откровенничать. Понятно, что если Тим захотел бы, он рассказал бы тебе, но это вряд ли произойдёт. И, конечно, это его совсем не оправдывает. Но, Саш, в пятницу утром ему предстоит сдать тест на наличие допинга в крови.
— Я это знаю!
— Тогда ты наверняка знаешь и о том, что тест заведомо положительный?
— Нетрудно догадаться. На днях я стала свидетелем одного разговора... Женя, ты не говоришь мне ничего нового. Это его не оправдывает.
— Конечно, не оправдывает! Но Тим никому не доверяет. Он всегда ждёт подвох. И ведёт себя, как последний мудак даже тогда, когда знает, что человеку можно доверять. Так уж вышло. Игорь был не просто его тренером, он был его лучшим другом. Они вместе шли к самой вершине биатлонной славы, пока в один момент этот ублюдок всё не разрушил. Я не имею права говорить, что произошло между ними, это не моё дело, но что касается тебя... многие девушки пытались подобраться к нему только лишь для того, чтобы узнать, что на самом деле случилось три года назад. Им нужна была сенсация, в конце концов, Тим был значимой фигурой в биатлоне. Но он всегда держал эту историю при себе. Есть только сухой факт — в его крови нашли вещество, которое хоть и не являлось прямым допингом, всё равно было запрещено к употреблению перед соревнованиями. Его не убрали из спорта насовсем только из-за химического состава этого вещества. Вот только в крови на самом деле не было ничего запрещенного. Но ему не позволяли пересдать анализы в независимом центре, даже не стали слушать. Теперь все вокруг только и суют свой нос в эту историю, ищут, видимо, политический след.
Между нами в ту же секунду воцарилась гробовая тишина. Я опешила, замерев и воспроизводя в голове каждое слово Жени. Я знала, что Тимура ждёт допинг-проба, но о том, что всё настолько серьёзно, оставалось только догадываться. Если у него с его бывшим тренером давние счёты, и однажды Игорю удалось вышвырнуть его из сборной, ничего не мешает ему сделать это снова.
Обостренное чувство справедливости сразу же запылало в моей душе.
— Но... неужели ничего нельзя сделать? — едва слышно спросила я. — Подключить международную комиссию, прессу, в конце концов? А как же ваш тренер? Он просто закроет на это глаза?
— У Игоря серьёзные связи. Тим попробует придать это огласке через прессу, но вряд ли это поможет. Спортсмены — существа без прав. Наша судьба может зависеть от щелчка пальцев одного конкретного человека. Он щёлкает, и ты становишься никем. Вот так просто и в один момент.
В этот момент дверь в коридоре захлопнулась. Мы с Женей испуганно переглянулись. Проснулась ли Кира, или это кто-то из парней — неважно. Наш разговор должен остаться только между нами.
— Пожалуйста, скажи, что я могу тебе доверять, — взмолился Женя, заглядывая за моё плечо.
Я обернулась, чтобы заметить силуэт, медленно и сонно бредущий прямиком к ванной. Сглотнув, я сжала плечо парня и коротко кивнула.
— Можешь. Спасибо тебе, — быстро прошептала я, прежде чем ретироваться в свою спальню.
Заметил ли меня Тим? Этот вопрос растворился в ворохе других вопросов, стоило мне только закрыть спиной дверь и изо всех сил прижаться к её деревянной поверхности, будто кто-то попытается выбить ту снаружи.
Почему эта история так меня волнует?
Оторвавшись от двери, я принялась измерять нервными шагами свою спальню. В Интернете было полно статей о драке Тима и Игоря, куча лжи о наркотиках, которые употреблял Тимур (будто, если бы это было правдой, ему вообще позволили бы остаться в спорте), но я не нашла ничего, что хотя бы отдалённо напоминало правду. Женя тоже не назвал причину, но теперь я знала, что Тим в самой настоящей беде. Его собираются подставить, и это нельзя допустить!