Не представляю, каким идиотом чувствовал бы себя, если бы случайно не узнал про её день рождения.
— Что? Что ты улыбаешься? — она сложила руки на груди и закусила губу — видимо, чтобы не улыбнуться тоже.
Но спустя секунду все же не выдержала, и вот мы уже оба хохотали во все горло, заглушая счастливым смехом доносящийся из колонок трек Эда Ширана «Идеальная». Счастливым... когда я чувствовал это в последний раз? Такое банальное пресловутое счастье, в то же время, самое неуловимое чувство из всех. Всегда было напряжение, стресс, нервное ожидание, попытки вернуть себя. Неужели это позади? Нет, мой путь, как и эта дорога перед нами, извилист и непредсказуем. Но, как и сегодня, я уверен, он приведёт меня к лучшему.
Уже привёл.
— Мы почти приехали, — предупредил я Сашу, сворачивая к горному плато.
Фары осветили следы шин, а вдалеке мелькнул слабый отблеск в небольших окнах единственного в этом месте дома. Пришлось везти ее самым длинным путем, чтобы дать фору, а теперь оставалось только надеяться, что она ничего не заметит.
Заглушив мотор и выйдя из машины, я обошёл её, чтобы открыть ей дверь, но невольно замер, бросив взгляд в чёрно-белый небосвод — в небе не было ни намёка на другие оттенки. А чего я ждал? Но не только небо, всё вокруг было погружено во мрак — только мерцающий на морозе снег и белоснежные облака разбавляли эту темноту. Кругом ни души. И куда ни глянь — высокие горы, заснеженные деревья и кажущееся бескрайним плато, принадлежащее будто лишь нам одним. Покачав головой, я позволил Саше выйти из авто и усмехнулся, когда она сразу же начала испуганно оглядываться по сторонам.
Эту девушку не изменить. Я должен смириться.
— Зачем мы сюда приехали? Меня пугают такие сюрпризы.
— Пойдём со мной, — я взял её за руку и почти наощупь повёл ближе к елям, устроившимся почти на самом краю плато.
Я бы солгал, если бы сказал, что не знаю эти места. Мы часто приезжали сюда с парнями, ведь здесь был идеальный спуск, чтобы тренировать равновесие. В один из таких визитов мы заметили, что в доме у дороги, который мы долгое время считали заброшенным, зажёгся свет. Любопытство перевесило шутки о йети, и мы, как незваные гости, постучались в дубовую дверь. Нам открыл сгорбленный старик, назвался лесником и рассказал, что вот уже пятьдесят лет приезжает сюда зимовать. Когда-то давно здесь был целый аул, а теперь остался только его дом. Здоровье у лесника было не к черту, и он попросил нас приглядывать иногда за домом, следить, чтобы тот совсем не развалился.
С тех пор, как он отдал нам ключ, не было ни одной зимы, чтобы мы с парнями не приезжали сюда убедиться, что память лесника, его дом и его крепость, всё ещё цела и невредима. Кто знает, где этот лесник сейчас и почему кроме нас больше никто и никогда не приезжал в этот дом, но мы старались поддерживать его в том же состоянии, в каком нам доверил его старик.
Конечно, это место мне было по-особенному дорого.
— Боже, Тим, если ты хочешь скинуть меня с обрыва... — Саша остановилась, а вместе с ней и я, когда телефон в моём кармане завибрировал.
Я незаметно достал его и прочитал лишь два слова на дисплее «минутная готовность». Сердце у меня заколотилось, как бешеное. Черт. Да я на тестировании утром так не волновался, как я паникую сейчас. Я крепче сжал руку Сашу и заглянул ей в глаза. Десятки звёзд отражались в её зрачках, но небо по-прежнему было затянуто тучами.
— Что такое? — прошептала она, встретив мой взгляд. — Почему мы остановились? Только не говори, что где-то в этих елках прячутся волки! Или медведи? Боже, я видела новость о том, что на прошлой неделе на Красной Поляне увидели медведя. Они тут водятся, а мы…
— Саш, — я усмехнулся, коснувшись указательным пальцем её приоткрытых губ. — Помнишь, ты рассказывала мне, что никогда не видела северного сияния?
Позади нас вдруг послышался скрип. Саша дернулась, видимо, захотев обернуться, но я схватил её за плечи и взял двумя пальцами за подбородок, создавая нерушимый зрительный контакт.
— Ты меня пугаешь... — прошептала она.
— Тебя все пугает, — я ухмыльнулся, но, заметив краем глаза движение справа от нас, облегчённо вздохнул. — С днем рождения, коала.
Я медленно развернулся, и она сделала тоже самое, изумлённо ахнув. Мне и самому не получилось сдержать удивлённого вздоха — зрелище перед нами открылось просто невероятное.
Переливы изумрудного, красного, фиолетового и синего замерцали на белых облаках, и казалось, до них рукой можно было подать — надо же, северное сияние, и так близко. Да ещё и в наших краях, на юге! Саша обернулась ко мне, приложив ладонь к губам, и её взгляд... этот сияющий взгляд я не забуду никогда. Она бросилась мне в объятия, и, крепко прижав её к себе, я ощутил, как незнакомое тепло проходит по всему моему телу.