Рисунок Томаса был очень красивым. Неземным. Но если присмотреться, стрелки указывали на дом моей бабушки. На мое наследство. На меня.
Я выключила ноутбук и долго сидела, обняв себя за плечи и раскачиваясь.
Ты поедешь в Северную Каролину. Ты докажешь, что можешь сама о себе позаботиться. Выяснишь, из чего ты сделана, докажешь, что тебе есть что предложить помимо лица. Ты будешь жить на ферме бабушки. Ты будешь сильной. Ты покажешь Томасу, что тоже можешь не опускать руки. Ты заставишь его уважать тебя так же, как ты втайне уважаешь его. Или умрешь, пытаясь это сделать.
Часть третья
Женщина должна уметь сказать: «Кто я и чего я хочу от своей жизни» – и не испытать вины за свои слова.
Женщины просто еще не осознали, что никто не дает вам силу. Силу приходится брать самой.
Глава 13
День благодарения
Кэти уехала из Лос-Анджелеса, никого не предупредив, сразу после Дня благодарения. В Лос-Анджелесе было двадцать три градуса тепла и солнечно. В Ков было минус один и снежно. Каждый год мы видели серьезные снегопады лишь раз или два, и не раньше января, но в эту осень северный ветер выл вокруг Десяти Сестер и Хог-Бэк как мстительный дух всех съеденных индеек.
– Ее домоправительница сказала только, что Кэти «переезжает», – сообщила мне Дельта на кухне, размахивая в этот раз не руками, а полотенцем. – Кэти велела ей не рассказывать нам куда. Домоправительница говорит, что Кэти хочет исчезнуть, но дать папарацци повод думать, что она все еще в Лос-Анджелесе. Она свяжется с нами, как только устроится на новом месте. Да что она такое могла затеять, Томас?
– Раз уж мы не можем ее найти, остается только ждать.
Дельта грустно указала на картонный ящик, приютившийся на одной из кухонных стоек.
– Я как раз собирала ей новую коробку бисквитов. Хотела послать индейку в соусе и тыквенный пирог на выходные.
– Я знаю. – Я кивнул на желтый конверт, который держал в руке. – А я хотел отправить ей фотографии заснеженного дома. Пусть она считает меня социопатом и поджигателем, от фотографий она, надеюсь, не откажется.
Дельта смущенно отвернулась.
– Ну, я думаю, она тебя уже простила. И уж точно изменила свое отношение к лучшему.
Я выгнул бровь.
– Что ты сотворила?
– Просто сказала ей твое полное имя. И предложила тебя погуглить. Это, кстати, не щекотно, когда кто-то тебя гуглит? Звучит забавно.
На мои плечи вдруг рухнул холодный груз воспоминаний.
– Ты же знаешь, что я не люблю…
– Ей нужно было увидеть, какой ты на самом деле.
Я покачал головой и вышел на переднее крыльцо кафе. С неба сыпались большие мягкие снежинки, скрывая горы и даже начало Трейс. Сегодня здесь не будет никаких посетителей. Широкая долина Ков превратилась в белое покрывало. Ноябрьский день тонул в серебряной снежной дымке. Я чувствовал в воздухе запах дыма из каминных труб, чистый запах снега, аромат еды. Уютная ночь, когда люди и животные собираются там, где горячие сердца и вкусная еда. Ночь, предназначенная для домашних трапез и любви под теплыми тяжелыми квилтами.
Я расправил плечи, дошел до грузовика и поехал домой, в хижину. Мне нужно было побыть одному, покопаться в собственной голове и сделать кое-какие выводы наедине с холодной ночью. Я слишком надавил на Кэти, это не помогло, и Дельте пришлось намекнуть ей на мою историю. Кэти хватало бед и без моих попыток ее мотивировать. Архитектор, сначала перестрой себя сам. Она, наверное, уехала из страны куда-нибудь на лыжный курорт в Европе или на частный тропический остров. Планирует самоубийство там, где я не смогу вмешаться.
– Вы уверены, что в этой долине есть перекрестки, мисс Дин? – спросил водитель. – Я ничего не вижу в этой метели.
– Ищите справа группу домов. – Мои зубы стучали от беспокойства. Нет, не беспокойства. От ужаса. И переутомления. Я выехала из дома в Лос-Анджелесе на рассвете, спрятавшись в фургоне службы доставки. Два часа спустя частный самолет унес меня из Калифорнии. Из аэропорта в Эшвилле я выехала в два часа по времени Восточного побережья, меня ждал классический черный «хаммер», к которому прицепили фургон с полным набором оборудования для кемпинга. И второй «хаммер» для того, чтобы водитель и телохранители могли вернуться к цивилизации без меня, оставив первую машину на ферме бабушки Нэтти.