— Спасибо! — вдруг говорит и берёт у меня книжку. — Ты хорошо читаешь! У тебя здесь учится сестра? — И улыбается такой улыбкой, что я немножко пугаюсь. Кажется, что на её лице что-то защёлкнулось, и непонятно, как это расщёлкнется обратно.
— Да, Элл очка, она в шестом классе учится! — Я знаю, она сейчас будет говорить, какая Ёлка умная и какая она отличница, но всё равно это приятно.
— Эллочка, — говорит учительница торжественно, — лучшая ученица в классе! И я уверена, что ты тоже будешь лучшей ученицей в классе! — Она расщёлкивает свою защёлкнутую улыбку и просто мне улыбается.
Ну уж нет, думаю, нам дома хватает одной отличницы! А у меня совсем другие планы. И улыбаюсь.
— Садись, Ниночка! Пять!
Я сажусь на место и думаю: две пятёрки ни за что, а потом будете тройки ставить из-за одной помарки. Ладно, пока всё хорошо!
На переменке выхожу в коридор — какой он широкий, длинный, окна большие, мне очень нравится эта школа. В коридоре много девочек — они смеются, разговаривают, иногда подпрыгивают, правда, никто не бегает. Ну ничего, я буду бегать — они привыкнут. Я иду, подпрыгиваю, всё разглядываю — здесь можно хорошо, очень хорошо побегать!
Вдруг чувствую, на меня кто-то смотрит. Я иногда чувствую, что на меня смотрят, и всегда ищу — откуда смотрят, кто смотрит? А тут искать даже нечего — не очень далеко, вижу, стоят две девочки, одна, по-моему, из нашего класса. Они видят, что я смотрю на них, прижимаются друг к другу плечами, головы чуть опускают и идут на меня. Мне становится смешно — сейчас вы у меня, как два мячика, разлетитесь!
Я делаю костяное лицо, наклоняю голову и быстро иду прямо на них, как будто я целюсь между ними. Не успеваю дойти — они отскакивают в разные стороны, а я иду дальше и подпрыгиваю. И почти сразу ко мне сзади подбегает одна из этих девочек, про которую я решила, что она из нашего класса. Она запыхающимся голосом говорит:
— Я тебя спросить хотела…
Я улыбаюсь ей и спрашиваю:
— Как тебя зовут?
Девочка как будто пугается или смущается, но тихо говорит:
— Валя.
— А меня зовут Нина, — говорю. — Что ты спросить хотела?
— Я хотела тебя спросить: тебе нравится… Мэри? — Она опять то ли смущается, то ли пугается. — Она у нас в школе самая красивая!
Вспоминаю лицо Мэри — оно какое-то немножко кукольное и совсем незапоминающееся, смотрю на Валино лицо, мне становится её жалко, и я понимаю, как я могу ей помочь.
— У Мэри очень красивые волосы, — говорю, — а причёска такая красивая — я ни у одной девочки такой красивой причёски не видела, только на картинках! — И я говорю правду, действительно ни у одной девочки не видела такой красивой, необыкновенной причёски.
Валя так радуется, как будто её очень похвалили… или что-то очень хорошее подарили. Она хватает меня за руку, тащит к окну и начинает вперемешку рассказывать, что у Мэри мама генеральша, папа генерал, у них есть домработница, а у мамы есть синий шёлковый халат с большими красивыми цветами, она его утром надевает и целый час делает Мэри локоны на щипцах…
— На каких щипцах?! — Я так удивляюсь, что даже Валю перебиваю. — Я знаю только щипцы для сахара!
— Я не видела, но есть специальные щипцы для волос, чтоб локоны делать! — Валя так радуется, что даже опять хватает меня за руку. — Я Мэри всё расскажу, что ты сказала… ты сказала ещё… про картинки…
— Я сказала, что «ни у одной девочки я такой красивой причёски не видела, только на картинках!».
Мне очень жалко Валю и почему-то жалко Мэри. Наверное, потому, что ей из-за этих локонов приходится на целый час раньше вставать.
Дома я всё рассказываю за обедом. Нас только четверо — Папа на работе, Ёлка во второй смене, Мишенька ещё в коляске.
— И докуда же у неё локоны? — спрашивает Анночка.
— Лопатки почти закрывают, — говорю.
— Как красиво! — восхищается Анночка.
— Да-а! — задумчиво говорит Мама. — И как только этой девочке разрешают в школе ходить с такой причёской, сейчас с этим очень строго.
— Папа — генерал! — говорю. — Мама — генеральша!
— Генеральша — это серьёзно! Это очень серьёзно! — смеётся Мамочка.
— Почему? — спрашиваю.
— Понимаешь, Нинуша, — объясняет Мамочка, — во время этой войны генеральшами…
— Вавочка, «диван»! — спокойно, но строго говорит Бабушка.
— Да что же это такое за «диван»! — кричу я. — Вы последнее время так часто говорите вдруг, на самом интересном месте, «диван» — и всё, разговор прекращается! Что это значит — «диван»?