Конечно, очень жаль, что отец – самый доверчивый из людей – все оставил ее мачехе, считая, что та будет регулярно выдавать Крессиде содержание. Однако миссис Прис сразу дала понять, что ничего подобного она делать не станет; Крессиде полагалось помогать по дому, за что ее будут кормить, одевать и давать деньги на карманные расходы.
Крессида пробовала протестовать и даже хотела уйти из дома, но ее останавливало положение Могги. Она прекрасно понимала ситуацию, но не могла бросить Могги, верно и преданно служившую семье много лет, – особенно теперь, когда эта добрая женщина вот-вот должна получить неплохую ренту.
Девушка никому, даже самым близким подругам, не говорила об истинных причинах, мешающих ей покинуть этот ставший таким неприветливым для нее дом, а так как миссис Прис при людях старалась выглядеть любящей и заботливой, то постепенно все вокруг стали думать, что Крессиду устраивает положение дел в ее доме. Она всегда была спокойной и не завидовала никому из подруг, которые были обручены или нашли работу, уехав из деревни. Никто и не подозревал, что долгие-долгие часы Крессида проводила, строя планы на будущее. Она считала унизительным жалеть себя и старалась не предаваться унынию, но в то же время была уверена, что красивая внешность очень помогла бы ей устроиться на работу, а так шансы ее весьма малы…
Проснувшись среди ночи от боли в ноге, она до самого утра так по-настоящему и не заснула.
Утром Могги пришла ее проведать и, увидев бледное лицо Крессиды, посоветовала оставаться в постели.
– Я не могу, – возразила та, – мне нужно срезать цветы и сделать букеты, а еще почистить столовое серебро.
Говоря это, она спустила ноги с кровати и попыталась встать. И тут с ней случилось то, чего никогда прежде не случалось, – она потеряла сознание.
Могги подняла ее, уложила в постель и спустилась в спальню к миссис Прис. Было еще слишком рано, и до того времени, когда она приносила своей хозяйке поднос с утренним чаем, оставалось два часа, однако Могги решительно вошла в комнату.
– С мисс Прис случился обморок, когда она попыталась встать, потому что вы ей так велели, – резко начала она. – Лучше вызовите ей доктора!
Миссис Прис села на кровати.
– Это из-за какой-то лодыжки? Видимо, она ее неловко подвернула. Да, пожалуй, ей лучше полежать в постели. Какая, однако, досада! А сейчас у меня, конечно, разболится голова, потому что вы меня так рано разбудили! В конце концов, надо же считаться с моими нервами! – Она снова нырнула в свои подушки. – Ступайте и принесите мне чай – только в обычное время!
Мисс Могфорд вышла и, закрыв за собой дверь, тихо пробормотала:
– Так не может дальше продолжаться, что-то нужно делать!..
Но она не знала, что. Она прошла на кухню, вскипятила чайник и отнесла его наверх, в комнату Крессиды, где они вместе попили чаю. Выпив чашку горячего крепкого напитка и приняв таблетку парацетамола, Крессида почувствовала себя лучше.
– Я, пожалуй, могу встать, – сказала она, – если возьму палку.
– Вот глупости! – возмутилась Могги. – Ничего такого вы не сделаете! Тот славный доктор, который вас привез домой, очень бы рассердился, если бы узнал о ваших намерениях.
– Он не узнает, – возразила Крессида, почувствовав, что очень об этом сожалеет. За невзрачной внешностью девушки скрывалась романтическая натура, но она была благоразумной и понимала, что бессмысленно желать того, что получить невозможно. Она умылась с помощью Могги, причесала свои длинные, неопределенного цвета волосы и попросила Могги принести ей столовое серебро.