От неожиданности… Стоп. Это я вру. Ночных Охотников трудно застать врасплох. Лучше будет так. Преследуя вполне определенные тактические цели, я свалился с кресла, пропустив над собой летящее тело капитана. И надо же было такому случиться, но основная масса нападающего шлепнулась именно на то место, где несколькими часами раньше побывал юнга. Учитывая разницу в массе и объеме, нетрудно представить, что последовавшие вслед за этим события ничуть не напоминали той детской игры, что пришлось совсем недавно нам пережить.
Космический грузовой, дернувшись кормовой частью и выплюнув изрядную порцию инерционного топлива из дюз, рванулся вперед.
Любому из присутствующих стало понятно, что при таком разгоне и таком скоплении вокруг «Дикой утки» кораблей ничего хорошего ждать не приходится. Все, кто не успел зацепиться за выступающие части аппаратуры, оказались размазанными по стенам. Капитана по инерции сдуло с пульта и унесло в услужливо распахнувшиеся двери.
Натяжные ремни оказали хорошую службу, вернув меня на место. Но только для того, чтобы я мог видеть стремительное приближение рванувшегося к нам навстречу нашего отображения.
Янина вопила. Команда, вернее, те, кто мог воспринимать реальность, истошно кричали. Двигатели натужно ревели.
Только я, Ночной Охотник, оставался нем словно рыба. И то только потому, что во время падения сильно прикусил язык и любое движение во рту напоминало недовольное ворчание раков в кипятке. В этом имелись и свои плюсы. Например, в относительной внутренней тишине подумать о том, что нас ожидает. Ничего хорошего.
Вторая, зеркальная, «Утка» мчалась нам навстречу. Окружающие нас флоты, узрев надвигающуюся космическую катастрофу в панике, но, продолжая сохранять зеркальное отображение, бросались в бега. С их—то ускорителями и мощными навигационными системами смыться, не задев никого, пара пустяков. Не то что мы. Чертов капитан. Не сиделось ему в трюме.
До столкновения и именно самого взрыва оставалось чуть менее полминуты. Даже если, что абсолютно невероятно, корабль успеет справиться с безобразиями, мы врежемся друг в друга по инерции. И нас ничто не может спасти.
Оставалось только попрощаться с близкими людьми.
Янина. Сколько раз я смотрел за последнее время в эти глаза? Сколько раз целовал эти губы? И все равно. Как мало.
– Это все?
Я улыбнулся. Чуть—чуть. Уголками губ. Как умеют только улыбаться Ночные Охотники из моего клана. И ответом мне была улыбка. Такая, как могут улыбаться только самки из клана подземных жителей. Как Росси.
– Я уважаю тебя.
– Я уважаю тебя.
Темная громадина корабля заслонила экран и рухнула на нас…
Не произошло ровным счетом ничего. Или – почти ничего. Разве можно считать особенным событием то, что два корабля, словно гигантские дельфины, встретившиеся в море, изогнулись под действием невообразимой силы, развернулись на девяносто градусов в одну сторону, соприкоснулись, прилипли к друг к другу и рванули, подгоняемые двойным усилием спевшихся двигателей, в сторону ярко блестящих звезд.
– Ах… – Никто не осудит женщину, даже если она Охотница, за то, что вместо загробного мира встречаешь вновь надоевшие лица. Пусть девочка побудет без сознания. Так даже лучше.
– Капитан!..
Что—то новенькое. Пришедшие в себя члены команды смотрели на меня глазами толпы, которая ожидает чуда. Раньше бы такими умненькими были. А какой прок сейчас.
– Всем молчать. Не паниковать. Я думать стану. Странно, но все выполнили то, что я приказал. Затихли, ожидая решения.
Что мы имеем? Необъяснимое явление спаривания двух зеркальных кораблей. По всем правилам они должны были давно рассыпаться на молекулы и рассеяться в космосе. Этого не произошло. Значит, действуют какие—то законы, препятствующие этому. Примем как должное. Дальше. Мы мчимся. Набирая скорость. В одну сторону. Что тоже противоречит здравому смыслу. По неписаным правилам зеркальных вселенных мы должны бы разлетаться… А тут… Ладно. Что еще? Ага. Два флота успели очухаться и теперь преследуют нас параллельными курсами. Не нагоняя, но и не отставая.
Вывод. Только один. Мы все еще движемся вдоль зеркальной границы. А вернее сказать так – вдоль зеркального отображения зеркальной границы. Сам знаю, что бред, но другого объяснения внутри головы не существует.
Наши действия?
– Слушать мою команду. Через несколько минут корабль взорвется. Всей команде занять место в трюмах. Через десять минут я задраиваю все переходы и отцепляю контейнерные отсеки. Вас подберут следующие за нами корабли. При погрузке соблюдать…
Я даже не успел закончить. Команда ломанулась вон. Словно ее преследовала стая загробных монстров. Через пятнадцать минут я выполнил то, что задумал, – отсоединил грузовые отсеки.
Зачем? Глупый вопрос. Наше спокойное путешествие бок о бок с отображением рано или поздно закончится и тогда… Даже Ночные Охотники могут позаботиться о спасении ни в чем не повинных жизней.
Последовал легкий толчок и от обоих кораблей, а как же иначе, стали медленно отставать грузовые контейнеры.
Если в полном сборе «Дикая утка» представляла не слишком приятное зрелище для глаза настоящего художника, то сейчас даже самый взыскательный знаток искусства должен был признать, что мы выглядели достаточно симпатично. Два чемодана, прижавшиеся друг к другу.
Именно в этот момент Янина пришла в себя. Потребовалось всего несколько минут, чтобы вкратце нарисовать ту картину, в которой мы оказались главными персонажами.
– Ну если ты считаешь, что так лучше?.. – Что—то я не слышал в голосе напарницы уверенности.
– Посуди сама, моя девочка, только сейчас мы свободны от сдерживающих нас цепей. Через стенку, – я постучат кулаком по переборке, – находится кто—то, кто в точности повторяет все наши действия. И мне бы хотелось посмотреть на них. Как? Очень просто. В данную минуту у наших соседей в голове возникла точно такая же мысль о свидании. А это значит, что мы сейчас сделаем одну и ту же вещь. Перевернемся вокруг оси и уткнемся друг в друга центральными экранами. Жми на педали, детка.