Заодно Валицкий все-таки написал большую статью о «Замехе» и все время уговаривал Юзалю посетить этот завод. Директор Пеховяк произвел на него очень хорошее впечатление.
— Парень — человек Горчина, это ясно, что, однако, вовсе не означает, что он его прихлебатель. Возбуждает доверие не только то, что он говорит, но и то, что там вокруг него делается. А я немного научился разбираться в том, как в действительности идут дела, и меня трудно купить красивыми словами. Он и Горчина хвалил как-то толково, и я совсем не уверен, что он это делал только из подхалимства.
«Столько вещей мне еще предстоит проверить, — вздохнул Юзаля. — Неужели Бжезинский действительно не придет, а завтра позвонит, что болен или что-нибудь в этом роде? Уж тут он меня и в самом деле выбил бы из равновесия», — проворчал он, но в это время услышал стук в дверь.
— Скучно вам здесь одному, товарищ председатель, — пошутил Бжезинский, садясь в кресло.
— Вот именно, пришлось мне на старости лет мотаться по гостиницам. Но есть и другая сторона медали: человек немного на мир посмотрит, да и оторвется от своих дурацких бумаг.
— Вы, наверное, года три не были в Злочеве?
— Два с гаком, — уточнил Юзаля, — в последний раз я здесь был перед самым приходом Горчина.
— Тоже давно.
— Я бы предпочел сюда приехать с экскурсией, окрестности здесь красивые, и сам город тоже ничего себе, чистый, спокойный, и люди хорошие…
— Да уж хорошие, — неприятно засмеялся Бжезинский, — для туристов-то ничего, потому что на них можно немного заработать, а для своих чужаков не дай бог.
— Что значит «своих чужаков»? Не понимаю.
— Я здесь живу еще с довоенного времени, уже более или менее свой. А остальные — это чужаки для коренных злочевцев.
— И в самом деле смешно. Сейчас, при таком переселении народов.
— Смешно, когда об этом говорят, но чувствовать такое отношение на каждом шагу и в течение многих лет — уже не очень смешно… Да, дорогой товарищ, у новых людей здесь нелегкая жизнь. А особенно если они занимают какую-нибудь важную должность. За таким наблюдают долго, смотрят, проверяют — врастет или сгорит? Им самим было бы трудно объяснить, почему так происходит, но так уж есть.
— И их радует, если у кого-нибудь нога подвернется?
— Не всегда. О Белецком, например, жалели. Он уже немного врос в этот город, сидел здесь много лет, боролся с бандитами. Кооперативы тоже как-то по-человечески организовывал, не напролом, как бывало в других местах.
— А Горчин?
— У него еще есть время. Если только ничего не случится.
— А что должно случиться?
— Не притворяйтесь, товарищ Юзаля, весь город об этом говорит.
— Что говорят?
— Наверное, радуются.
— Чему?
— Не очень приятно иметь такого человека, как Горчин, у себя над головой.
— Для вас тоже?
— Я о себе не говорю.
— А все-таки?
— Может, немного. Хотя я здесь и похуже секретарей видал и всегда находил с ними общий язык.
— И с Горчиным тоже?
— Наши отношения трудно точно определить, у нас что-то вроде постоянного перемирия.
— Но постоянно ненадежного?
— Почему? Наш секретарь разумный человек.
— Редко кто здесь так говорит о нем. Вы пришли его защищать, товарищ Бжезинский?
— Он, если нужно, лучше всего сам себя защитить может. Я пришел потому, что вы меня пригласили, по старому знакомству.
— Простите, инспектор. Это у меня такой профессиональный комплекс, трудно оторваться от своих обязанностей.
— А я и не думаю о ваших обязанностях, когда с вами разговариваю, — засмеялся Бжезинский, — хотя в случае чего готов вам помочь. Если будет нужда, конечно.
— Я думаю, что вы можете мне очень помочь. Рассчитываю на вас, ведь вы в бюро райкома с сорок пятого, и мы вам верим не меньше, чем людям, которых сейчас сюда присылаем. Помню, что у вас было какое-то столкновение с Горчиным сразу же после его приезда сюда.
— Да, действительно.
— И что, не дали себя в обиду?
— Как видите, — Бжезинский снова рассмеялся, уже не так беззаботно, — только мне пришлось начать учиться заочно, я, старый дед, но он на меня так нажал… Все-таки сейчас я не жалею, через два года буду защищать диссертацию. А раньше как-то все времени не было. — Он уже говорил серьезно. — Горчин на таких вещах помешан. Как это называется? Культ компетентности, кажется.
— Вы, наверное, не только поэтому нашли общий язык с Горчиным?