- Месье, ну помогите же - взмолился Зрыт.
Пока я крепко держал лорда, его слуга вливал ему по капле какую-то вонючую жидкость прямо в глаза. Через миг мессир обмяк, неестественно развалившись в кресле.
- Это надолго? – спросил я, кивнув на лорда.
- Через несколько минут он придет в себя, но ничего помнить не будет. Только вы не подавайте виду, что что-то произошло.
- А что с ним?
- Мозговая лихорадка. Уже более трехсот лет мучает. Хозяин подхватил ее в болотах Урпии, что на дальнем Кордоне, когда еще был координатором.
И действительно, через некоторое время лорд очнулся. Размял затекшую шею, и как ни в чем не бывало, продолжил прерванный разговор.
- Играть будем на одно желание с вашей стороны и – мессир на мгновение задумался – на страх с моей.
Я не очень понял про страх, но вот желание…
- Вы действительно можете все?
- Нет, не все – лорд снисходительно улыбнулся, вновь демонстрируя свои длинные желтые зубы – но многое.
«Что же загадать, что же загадать? Чего же я действительно хочу?» - мысли закружились в голове, пьянящим хороводом. «Все, что мне надо на Земле, я могу получить на Земле» - я вдруг вспомнил, завораживающий вид Юпитера и понял, чего я хочу.
- Я хочу иметь возможность путешествовать по вселенной, мгновенно перемещаясь в пространстве – я говорил медленно, тщательно подбирая слова.
По-моему, лорд был удивлен. Я замолчал, но и он не спешил мне отвечать. В комнате повисла тишина. Я поймал себя на том, что не дышу. Наконец мессир ответил:
- Хорошо Патрик. Вы еще раз меня приятно удивили. Я принимаю ваши условия, но с небольшими уточнениями. Ваши путешествия ограничатся Солнечной системой, один раз в год и по предварительному договору со мной. Идет?
- Идет.
И сразу после этих слов, началась последняя игра. Мы по очереди тянули из колоды карты. Мне, как гостю, была дана возможность сделать это первому.
У меня был Король.
У лорда – Восьмерка.
У меня еще Король.
У лорда – Туз.
Я не смотрел ни на кого, ни на мессира, ни на Зрыта. Только на колоду карт.
Третья карта у меня – Семерка.
У лорда – вновь Туз.
Мне, как будто стало душно, и я расстегнул верхние пуговицы на рубашке.
Четвертая карта у меня – вновь Король, у мессира – еще Туз.
Осталась пятая и последняя.
Для меня все вокруг перестало существовать, только колода карт с готическим рисунком рубашки. Я не молился ни одному из богов, лишь в голове пульсировало – БУБНОВЫЙ КОРОЛЬ. Я медленно, медленнее, чем обычно потянулся рукой, взял карту и так же медленно ее перевернул. Мир взорвался тысячами разноцветных огней.
Это был БУБНОВЫЙ КОРОЛЬ. Опять и снова бубновый король. Бисеринки пота выступили на лбу и над верхней губой.
У меня было каре королей. Что бы выиграть, лорду нужно достать из колоды туза. Я замер, перестал двигаться и дышать, лишь глаза следили за узкой кистью с длинными пальцами. Вот он взял карту и прежде чем открыть ее, пристально посмотрел на меня, а в глазах его плясали дьявольские огоньки.
Он перевернул карту – ТУЗ ПИК.
Я проиграл.
Оставшийся воздух с шумом вырвался из моих легких. Временный паралич овладел мной, моими мыслями и сознанием. Как мне показалось, прошла целая вечность, прежде чем я вновь смог мыслить. Вот тогда-то мысли с пугающей скоростью начали сумасшедший бег. «Я проиграл свой страх. Что же ему сказать, какой же…» - я закусил нижнюю губу, пытаясь вспомнить, чего же я боялся.
- Не утруждайте себя месье Монро – его голос вновь стал жестким – Я знаю, чего вы боитесь.
Я уставился на него.
- Прощайте месье Монро – и лорд кинул в меня один из своих волшебных шариков.
* * *
Я очнулся оттого, что задыхаюсь. Было очень жарко. Я обвел мутным взглядом окружающее пространство. Комната, обшитая деревом. «Что за… – но я тут же вспомнил. Баня. Я же в бане. Русский друг Дмитрий пригласил в гости. И я сижу, истекаю потом, жду его. А какой странный сон мне приснился!»
За дверью послышался какой-то шум. Я весь напрягся, но дверь отворилась и в проеме появилась лысая голова Димы. Не успел я ничего сказать, как услышал его удивленный свист и увидел округлившиеся глаза.
- Ни фига себе. Ты кто?
«Что за дурацкий вопрос» - хотел, было сказать я, но в место этого с губ сорвалось: