Как только импровизированное пугало начало подниматься над его укрытием, Счастливчик схватил пистоли и скользнул влево. Он выскочил сбоку завала в тот самый момент, когда трое лучников выпустили свои стрелы в обманку – плащ на копье, в темноте перепутав его с человеком. И эта ошибка стоила им жизней, ведь сам Рид таких ошибок не допускал!
Тяжелая жизнь наемника научила его быстро соображать и быстро стрелять, причем второе часто оказывалось быстрее первого. Промазать по таким верзилам было практически невозможно, так что вскоре нападающие попрощались еще с тремя товарищами, а четвертый рухнул на камни с пулей в животе, и его мучительная смерть оставалась делом времени.
Тем временем дела принимали не совсем нужный оборот – оставшиеся варвары окружили Арнхалла Красного. Пока воину удавалось отбиваться и даже вполне успешно – у его ног уже валялось несколько изувеченных огромным топором тел, но оставшиеся противники разделились на две группы: одни взяли щиты и ощетинились копьями, вынуждая Арнхалла отступить к стене, тогда как другие взялись за луки.
– Да чтоб вас! – Рид сплюнул.
Возиться с пистолями времени не было – совсем скоро его единственный товарищ в этих суровых землях имел все шансы стать похожим на ежа, вот только утыкан он будет не колючками, а стрелами, причем острой стороной вовнутрь.
В принципе, ничего не мешало Риду прямо сейчас ускользнуть, скрыться во мраке тоннеля и самостоятельно выйти к этой Стылой крови. Но он так не поступил. Причем вовсе не из-за того, что понятия не имел, сможет ли в одиночку вернуться обратно. Стоило Счастливчику на миг задуматься, как он понял, что просто не может уйти.
Не сказать, чтобы он проникся к Арнхаллу теплыми дружескими чувствами, но этот суровый воин за короткий срок смог не раз доказать свою полезность. К тому же, он проливал кровь не только за свою свободу, но и за Рида – за почти незнакомого человека, а это дорогого стоит. Пусть у этого воина и были свои причины сражаться, но все равно, сам наемник сходу не мог вспомнить практически никого из знакомых, кто сделал бы ради него то, что сделал Арнхалл. Вот она – странная и непривычная простота севера.
“Ладно, здоровяк! Но ты будешь мне должен!”
Выхватив саблю и дагу, Рид бросился на помощь Арнхаллу. Он успел как раз вовремя, точнее почти вовремя – один из лучников успел выстрелить, но не подгадал момент и попал в спину своему же союзнику. Не ожидавший столь подлой атаки в спину воин взвыл, но его крик боли прервал огромный топор, что за один могучий удар начисто снес голову с плеч.
– Жалкие выродки уродливых шлюх! – расхохотался Арнхалл Красный, будто вовсе не ему здесь грозила смертельная опасность. Возвышаясь над окружившими его противниками, доблестный воин выглядел величественно и одновременно жутко, в свете брошенных на землю факелов. Чужая кровь оставила на коже и одежде Арнхалла россыпи красных брызг, на его лице застыла издевательская ухмылка, а глаза горели не хуже углей в кузнечной печи. Размахивая своим топором он крушил врагов – плоть рвалась под зазубренным лезвием, сталь с пронзительным хрустом ломала кости, безжалостно прерывая линии судеб одну за другой. С каждым поверженным противником Арнхалл Красный смеялся все громче. – Подходите же, гнусные шакалы! Подходите, и я покажу вам, как сражаются мужчины!
“Вот сейчас поймаешь лицом пару стрел и досмеешься!”
Рид подскочил к ближайшему из лучников и без зазрения совести, не задумываясь, вонзил холодную сталь прямо под левую лопатку верзилы. Варвар удивленно охнул, начал медленно поворачиваться и получил хлесткий удар саблей поперек горла, прямо под всклокоченной бородой.
Оставив умирающего противника и дальше истекать кровью, издавая булькающие звуки, Счастливчик набросился на следующего. Правда, тут пришлось пожертвовать элементом неожиданности в угоду спасения жизни Арнхалла – лучник уже успел прицелится в отвлеченного схваткой воина.
Рид понимал, что даже нелепая случайность может внести весьма неприятный элемент – никто не гарантирует, что лучник не успеет выстрелить перед смертью или же стрела случайно сорвется с тетивы точно в цель. Однажды Счастливчик лично видел, как на дуэли один вояка, получив пулю в грудь и уже падая, судорожно вдавил курок пистоли и угодил прямиком в глаз своему же убийце. Вот и не верь после этого в случай!
Проскользнув под локтем стрелка, наемник одним быстрым движением перерезал тетиву и нанес еще один быстрый удар, но уже дагой – прямо между рук варвара, снизу вверх, точно под подбородок. Острое клиновидное лезвие без труда проникло в череп, пронзив мозг и мгновенно забрав чужую жизнь.
“Пф! Не такие вы и страшные! Если нападать неожиданно… исподтишка.... Дьявол!”
Один из варваров, услышав сзади шум, развернулся и теперь бросился прямо на Рида. Взмахнув тяжелым мечом, он обрушил на наемника такой удар, что только чудом успевший заблокировать его Счастливчик отлетел на добрый десяток шагов и перестал чувствовать руку, сабля из которой выпала и бессильно звякнула о камни.
Больно ударившись спиной и затылком, Рид все же вскочил на ноги, старательно пытаясь не обращать внимания на расплывающиеся перед взором крохотные звездочки – что скрывать, головой он приложился знатно. Но как-то не вышло у Счастливчика в полной мере проникнуться жалостью к самому себе. В данный момент его отвлек громадный кровожадный дикарь, что несся прямо на него, размахивая оружием.
Зашипев от боли, Рид принял низкую стойку. Фехтовать дагой, да еще и в левой руке против здорового сильного воина – досуг весьма сомнительный. Возможно, где-то и существовали такие мастера, что могли бы дать отпор в сложившейся ситуации. Но Счастливчик, к сожалению, к таковым не относился даже косвенно. Зато его боевого опыта с лихвой хватало, чтобы понять – шанс есть только один, и удар должен быть тоже только один – больше нанести вряд ли удастся.
Придется хитрить. Наемник замотал головой и застонал, будто еще не пришел в себя, для убедительности он даже рухнул на колени. Впрочем, особо играть и не пришлось – близкое знакомство с твердым каменным полом и не собиралось проходить бесследно – перед глазами до сих пор все плыло, но не настолько, чтобы Счастливчик перестал драться за свою жизнь!
О нет! Пусть за последнее время он и перестал сражаться с львиной яростью и достоинством, как делал это во время службы на флоте, но навык свой не растерял. Правда, теперь наемник больше походил на загнанную в угол крысу, что будет драться лишь в безвыходной ситуации, за то драться до конца.
Массивная фигура воина-северянина уже угрожающе нависла над Ридом. Исподлобья он даже разглядел свое тусклое отражение на лезвии, успел ощутить мрачное торжество, что колыхалось в полных ненависти глазах противника, но сам не сдвинулся с места. Только лишь когда обрушившийся сверху вниз меч вот-вот норовил оборвать его жизнь, Счастливчик с нечеловеческим проворством юркнул в сторону. Оставайся он обычным смертным – уже благополучно пораскинул бы мозгами в прямом смысле этого выражения, но иномирная сущность позволила Риду сделать то, что не под силу простому человеку. В мгновение ока он оказался уже не перед варваром, а рядом с его незащищенным боком. Счастливчик видел уязвимое место прямо подмышкой, там где меховая безрукавка из плотной кожи открывала незащищенную мышцами и костями плоть.
“Раз, и готово!”
Высекая искры, меч дикаря врезался в каменный пол, и в тот же самый миг отточенное лезвие даги пронзив кожу подмышкой, безошибочно нашло его легкое. Охнув, громила опустился на одно колено, потерянно глядя прямо перед собой, где всего мгновение назад находился его оглушенный и жалкий противник. Но его провели. Медленно воин повернул голову, чтобы взглянуть на своего убийцу. Он силился продолжить бой, но лицо его побледнело, руки задрожали, а на губах показались алые сгустки.
– Слизняк, – пробулькал захлебывающийся кровью варвар. Он попробовал поднять меч, но Счастливчик сильнее надавил на рукоять даги, и лицо воина исказила гримаса жуткой боли. – Ты должен был подохнуть… я должен был раздавить тебя… это… это невозможно.