Счастливчик Рид (СИ)

“Проморгал!”

– Живой? – сильные руки легко поставили наемника на ноги.

– Кажется, – отозвался он. – Уж не знаю, что тут такое творится, но очень хочу, чтобы это поскорее закончилось!

– Снова ты вляпался в эти странные руны….

– Это слова молитв, – раздался голос Кристиана. Дуллахан упал на колено и оглушено затряс “головой” – вспыхнувшие пламенем литании подействовали и на него.

– От того, что ты назвал их иначе, что-то изменилось? Стало легче?

– Сам-то как думаешь?! – огрызнулся Рид. Он с ненавистью покосился на начавшие тускнеть святые символы, после знакомства с которыми его кости начали ныть, как у столетнего старика, а хвост до сих пор мелко дрожал. Счастливчик зажмурился и потер глаза, чтобы избавиться от мельтешивших перед ними золотых искорок.

“Черт!”

– Ты не мог предупредить?! – он сердито взглянул на дуллахана.

– Я не знал, – отозвался тот.

– Только не говори мне, что все это время ты торчал тут, но не трогал алтарь?!

– Я должен был охранять его, а не трогать.

– Да что ж ты за человек-то такой?.. Был, – добавил Рид. – Ладно, что-нибудь придумаем и…. Не трогай! – воскликнул вдруг он, и Арнхалл замер, так и не коснувшись рукой алтаря. – Это убьет тебя!

– Почему? – не понял северянин, но руку все же убрал. – Я же переступал через эти слова на полу.

– То одно, а это другое, – отмахнулся Счастливчик, не желая вдаваться в подробности, которых и сам до конца не понимал. По-правде сказать, он не был уверен и в том, что хранящая алтарь магия подействует на Арнхалла, но и проверять это опытным путем не собирался.

– Алтарь убьет любого, кроме того, кто знает, как снять с него чары, – подтвердил опасения наемника Кристиан. – Иннокентий говорил об этом. Теперь я вспомнил.

– Лучше бы ты вспомнил об этом пораньше!

Безголовый рыцарь не ответил, и Счастливчик злобно сплюнул под ноги. Он трижды обошел вокруг алтаря, почесывая ноющую голову.

– А ты не знаешь, как снять чары? – спросил Рид у дуллахана.

– Нет. Но ты развеял магию Иннокентия с моего разума. Может, справишься и здесь. В любом случае – это меня больше не касается. – Дуллахан демонстративно отступил назад.

– Как любезно с твоей стороны! – вяло огрызнулся Счастливчик.

– И что теперь? – спросил Арнхалл.

– Что-что, – Рид набрал в грудь побольше воздуха. – А вот что!

Счастливчик двумя руками схватился за ларец, и все вокруг потонуло в ослепительной вспышке золотого света….

Тайна Аннабелль

Все тело ныло так, словно Арнхалл решил сплясать какой-нибудь свой дикарский танец и в качестве сцены использовал туловище Счастливчика. А может, варвар был не один, и ему помогала парочка-другая сородичей.

«Или я оказался между молотом и наковальней,» — невесело подумал Рид, ощупывая языком ноющие десны.

Болело все: от внутренностей до кончиков пальцев. Даже ногти и волосы, казалось, ныли, а простейшие мысли причиняли мозгу нестерпимые страдания. Слабость сковала тело тяжелыми цепями, навалившись сверху неприподъемной ношей, мешая дышать и вдавливая в камни.

Морщась от боли в груди и ребрах, Рид медленно вдохнул, ощутив, как холодный воздух царапает раздраженную гортань, словно рубанок столяра неотесанное бревно.Пусть это и давалось ему вовсе нелегко, но наемник все же смог дышать и даже открыл слезящиеся глаза.

– Значит, я не умер? – с трудом ворочая непослушным языком, осведомился он.

– Мне тоже интересно.

Самого Кристиана Счастливчик не видел, но по голосу определил, что и ему пришлось несладко – последнее, что помнил Рид, так это ослепительную вспышку церковной магии, что разошлась от алтаря и едва не прикончила всех.

“Почти всех…”

Арнхалл Красный выглядел как ни в чем не бывало -- такой же большой, сильный и непоколебимый, как скалы, что сжимали в крепких объятиях его суровую родину. Только слегка всклокоченный вид и испачкавшаяся в пыли одежда свидетельствовали о том, что и воину досталось от магии церкви.

– Да ладно вам, – виновато улыбнулся Рид, чувствуя, как скулы сводит судорогой, и боль впивается в щеки ледяными иглами. Левый глаз предательски задергался, и Счастливчик усилием сомкнул его. – Все же обошлось, – он похлопал по сундуку, что крепко прижимал к груди.

– Ты мог хотя бы предупредить! – огрызнулся Кристиан.

– Но тебя же это больше не касается, не так ли? – передразнил дуллахана Рид, повторив его недавнюю реплику. – Весь из себя такой отрешенный. Одинокий волк. Нет? Агр-х-х! Мать моя женщина, роди меня заново! Больно-то как! – кое-как Счастливчик сел, сдвинув казавшийся очень тяжелым ящик с груди на ноги.

На деле этот грубо сбитый короб весил не так уж и много, иначе такой везучий человек, как Рид, непременно переломал бы им себе пару-другую ребер. Но все обошлось, и наемник отделался ушибами да синяками, а еще он сильно обжег ладони, но заключенная в его теле бесовская сущность должна была быстро с этим справиться. По крайней мере, Счастливчик на это очень рассчитывал.

Непрерывно морщась от боли в пояснице и животе, Рид поерзал на месте.

– Ощущаю себя живым, – радостно сообщил он.

– А я – нет, – фыркнул Кристиан, теперь показавшийся в поле зрения Счастливчика.

Дуллахан стоял рядом с тем, что осталось от алтаря, а осталось там, по-правде сказать, практически ничего – груды раскуроченного дымящегося драгоценного металла, да выжженная земля вокруг. Рыцарь без головы тяжело опирался на свой меч и неотрывно смотрел на Рида своими пустыми глазницами. Пламя вокруг гладкого черепа почти угасло и теперь робко разгоралось вновь. – Ты едва нас всех не прикончил!

– Но не прикончил же… – вяло огрызнулся Счастливчик, у которого сил не находилось даже на то, чтобы спорить и пререкаться. – Да, я вас не предупредил, но только потому, что боялся передумать. Упусти я импульс и все, мы топтались бы вокруг алтаря неизвестно сколько! А так – все получилось!

– Ты поступил храбро, – Арнхалл протянул Счастливчику свою огромную ладонь, предлагая товарищу помощь. – Глупо, но очень храбро!

– Благодарю за столь сомнительное одобрение, если это было оно, – пробубнил Рид, со стоном вставая на ноги. С помощью северянина он смог подняться и неуверенно переступил с ноги на ногу, как ребенок, что вот-вот собирался сделать свой первый шаг.

“Или как завсегдатай таверны, что перебрал, но понял это только когда поднялся со стула.”

В отличие от первого, второе сравнение было Счастливчику куда ближе и роднее – ребенком он был лишь единожды, а вот во всевозможные трактиры заглядывал при каждом удобном случае. А такого святотатства, как войти под сень таверны и не выпить, Рид за собой и вовсе не помнил.

– Тебе не следует забывать об осторожности, – никак не унимался Кристиан.

– Иначе что? Мне не сносить головы?

Обезглавленный рыцарь несколько мгновений пытался испепелить взглядом нахального и острого на язык наемника, но то ли врожденные способности жнеца помогали Риду не реагировать на это, то ли дуллаханы попросту не обладали способностью поджигать людей взглядом.

– Тебе говорили, что ты наглец?

Тон Кристиана был такой, что Риду показалось – будь у рыцаря губы, он бы непременно поджал их в этот момент, а еще опасно сузил бы глаза. Но и здесь у дуллахана вышла промашка. Все что он мог, так это стиснуть зубы, да гневно поиграть пламенем вокруг черепа.

– Я слышу это почти так же часто, как собственное имя, – наемник широко улыбнулся дуллахану и весело подмигнул ему.

– Которого я, кстати, до сих пор не услышал, – рыцарь подошел ближе, – хотя свое и назвал.

– Ох, прошу прощения! – встрепенулся Рид. – И где же были мои манеры, когда ты, такой вежливый и деликатный, пытался убить меня огромным мечом?! Как это я не подумал о том, чтобы представиться?!

– У меня были причины….

– У всех нас всегда есть свои причины, приятель, – Рид немного смягчился. – Ладно, в конце-концов все остались живы, а я еще и получил, что хотел, – он хлопнул рукой по коробу. – Мое имя Счастливчик Рид, а этот здоровяк – Арнхалл Красный.