— Я хочу уехать домой, — сказала Эллисон.
— Это твой дом, куколка. Если ты уйдешь, это разобьет всем сердце.
— Мне все равно. Я больше не хочу здесь оставаться. Вы все лжецы. Вы с Роландом и…
— Ш-ш-ш… — Он приложил палец к ее губам. — Успокойся. Мы поговорим об этом, хорошо? Мне нужно кое-что проверить. Я сейчас вернусь. А ты приляг на диван и отдохни. А потом мы во всем разберемся. Вместе.
Она хотела выяснить это. И ей совсем не хотелось возвращаться домой. Как она могла? У нее не было другого дома, кроме, разве что у тети из Индианы.
— Хорошо, — сказала Эллисон. — Обещаю.
Он встал, чтобы уйти, потом наклонился и поцеловал ее в лоб.
— Бедняжка, — сказал он. — Это то, что мы называем «много шума из ничего». Просто отдыхай. Ты, должно быть, очень устала.
Он оставил ее в кабинете и закрыл за собой дверь. Может, дело было в таблетках, а может, из-за того, что она мало спала прошлой и позапрошлой ночью, но она действительно легла на кушетку напротив стола доктора Капелло. Ее веки тяжелели, но она отказалась их закрывать. Она боялась закрыть их, хотя и не знала почему. Эллисон уставилась на рисунок карты черепа, висевший на стене за столом. Она удивилась, почему в центре черепа были маленькие дракончики. Когда доктор Капелло наконец вернулся в комнату, она спросила: — Почему в мозгу драконы?
— Ты еще не спишь? — Он сел рядом с ней на диван и убрал волосы со лба.
— Почти.
— Тебе надо поспать, — сказал он. — Когда ты проснешься, то не вспомнишь ничего из того, что произошло за последние несколько дней. Я обещаю. Разве это не мило?
Она сонно кивнула. Это было бы хорошо. Было бы хорошо забыть все, что произошло — руки Роланда, волна, поцелуй, его руки на ее талии, слезы, стыд, рассказ Торы о том, что Роланд убил маленькую девочку… Да, она действительно хотела все это забыть. Но в этом не было никакого смысла. Ей было двенадцать, она была ребенком, и не глупым. Нельзя волшебным образом заставить людей забыть о чем-то.
Она закрыла глаза и начала засыпать, а когда уже почти уснула, она почувствовала под собой сильные руки доктора Капелло, которые подняли ее и вынесли из кабинета. Неужели он несет ее обратно в спальню? К нему? Нет, они поднимались. Она услышала скрип лестницы под его ногами и почувствовала горячий липкий воздух на лице. Чердак. Он отнес ее на чердак. Но зачем?
Она была слишком сонной, чтобы спросить. Эти розовые таблетки, те самые таблетки от аллергии, которые Кендре приходилось принимать весной, те самые, от которых она засыпала и спала по десять часов подряд, когда принимала по две за раз. Эллисон хотела проснуться, но не могла. Даже когда она почувствовала что-то холодное на висках, она не могла избавиться от желания спать. Но она знала, что должна попытаться.
— Что насчет драконов? — спросила она.
— Ты действительно не хочешь спать? — Его голос звучал почти гордо, потому что она могла побороть сон. — Гиппокамп — это структура в центре мозга. «Гиппо» — означает лошадь. «Камп» — означает морской монстр. Его назвали так, потому что он похож на морского конька или водного дракона. И все.
— О, — сказал она. — В моём мозгу живет дракон.
— Драконы живут во всех нас, — сказал он. — И в некоторых из нас живут хорошие драконы, а в некоторых — плохие. Знаешь, что я иногда делаю?
Она покачала сонной головой.
— Я убиваю плохих драконов, — сказал он.
— Как рыцарь?
— Прямо как рыцарь. Как насчет того, чтобы прочесть мне одно из своих стихотворений? — спросил он. — Это поможет тебе заснуть. А когда проснешься, то не вспомнишь ничего плохого о Роланде. Ладно?
— Какое стихотворение? — Ее тело казалось таким тяжелым. Ее мозг превратился в кашу. Но если кто-то хотел, чтобы она прочитала стихотворение, она это делала.
— «Кубла-Хан», — сказал он. — Это хорошее стихотворение для того, чтобы уснуть. Возможно, оно принесет тебе хорошие сны.
— В стране Ксанад благословенной, — начала она, —
Дворец построил Кубла Хан… (прим.:перевод К. Бальмонт)
Она уже почти заснула, как через секунду почувствовала, как что-то твердое, что-то с привкусом пластика засунули ей в рот между губ. Она почувствовала что-то холодное по обе стороны лба. И тут ее пронзил шок, шок, подобный удару молнии. Он поднял ее в воздух и проделал дыру в ее мозгу.