— По Фаренгейту, — сказал Дикон. — Это тигель8. — Он открыл дверь и Эллисон увидела оранжевый жар, исходивший из печи. — Вот почему наш счет за электричество составляет четыре тысячи долларов в месяц.
— Шутишь, — сказала Эллисон.
— Радует, что прибыль от продаж стеклянных фигур с лихвой покрывают эти расходы, — сказал Дикон, хватая длинный металлический шест и вертя его в руках.
— Что ты делаешь с этим шестом? — подозрительно спросила Эллисон.
— Это тепловая трубка, — ответил он. — Не шест. Трубка.
— Трубка. Поняла.
— Вот это, — он указал на штуку, похожую на газовый гриль с открытым пламенем, — грелка для труб. Трубка сейчас комнатной температуры, и мы должны нагреть ее, чтобы расплавленное стекло прилипло к ней.
Он положил конец трубки в нагреватель и быстро его включил.
— Эта штука сильно тяжелая?
— О… ну фунтов двадцать или около того.
— Так вот откуда у тебя такие руки, — сказала Эллисон.
— Покрути стальную трубку весом в двадцать фунтов каждый день в течение пяти лет и у тебя тоже будут красивые руки.
— Не потакай его эго, — сказала ей Тора. — С ним уже невозможно жить. Творческие люди. Не могу жить с ними. Нельзя запихивать их тела в тигель.
Эллисон рассмеялась. Близнецы оставались близнецами.
— Значит, ты управляешь магазином? — спросила Эллисон у Торы, устроившись подальше от происходящего. Горячий цех больше походил на лабораторию сумасшедшего ученого, чем на мастерскую художника. Куда бы она ни посмотрела, повсюду было большое и опасное оборудование — стальные трубки и пылающие печи, паяльные лампы и банки с цветной стружкой всех оттенков радуги.
— Ага, — сказала Тора. — Я веду всю бухгалтерию, оплачиваю счета, устраиваю музейные выставки, принимаю оплату за те экспонаты, которые он продает. Честно говоря, организовывать доставку его монстров — самая трудная часть работы.
— Так много продается? — спросила Эллисон, пока Тора придвигала к ней металлический стул.
— Много, — сказала она, кивая. — На прошлой неделе мы продали пару драконов вроде того, что на витрине, в отель в Сиэтле. Шестьдесят кусков.
Эллисон заморгала. Ей пришлось спать с МикКуином шесть лет, чтобы вытащить из него пятьдесят.
— Святые… Думаю, это точно покрывает счета за электричество, — сказала Эллисон.
— Он притворяется снобом, — прошептала Тора, — но этим лишь прикрывает свою скромность. Он становится весьма известным художником по стеклу в мире.
— Фантастика, — сказала Эллисон. — Наш брат — знаменитый художник.
— Пожалуйста, никаких автографов, — сказал Дикон и подмигнул ей.
Наконец Дикон вытащил трубку из грелки.
— Иди сюда, Эл. Я покажу тебе, как делать скульптуры из стекла.
— Мне? — спросила Эллисон, указывая на себя и оглядываясь.
— Тебе, — сказал Дикон. — Ну, же. Я научил папу, научил Тору, научил Ро. Я могу научить тебя.
— Ты уверен, что это безопасно? — спросила Эллисон, вставая со стула и пробираясь к гигантской круглой печи у стены.
— Достаточно безопасно, — ответил он. — Пока ты не сделаешь какую-нибудь глупость, все будет в порядке.
— Хорошо, я буду максимально осторожна. Что теперь?
— Собираем стекло, — сказал он, открывая маленькое круглое отверстие в тигле. Как только дверь открылась, Эллисон почувствовала, как у нее потекла тушь и застыла. Она отступила назад, наблюдая с безопасного расстояния, пока Дикон вставлял трубку в тигель и снова начал вращать ее. Встав на цыпочки, она заглянула внутрь и увидела круглую каплю оранжевой жижи, которая формировалась на конце трубки Дикона.
— Что мы делаем? — спросила у него Эллисон.
— Ты вроде хотела дракона?
— Это должен быть малыш-дракон, — сказала она. — Моя арендованная машина не такая большая.
— Я могу сделать малыша-дракона, — сказал Дикон. — Иди вон к тем банкам и выбери цвет.
Эллисон окинула взглядом банки и выбрала синий цвет, нечто среднее между цветом моря и неба.
— Что теперь? — спросила она.
Подошла Тора, взяла банку из рук Эллисон, открыла ее и разложила на металлическом столе цветные фишки размером с Лего.
— Отойди немного назад, — сказал Дикон, поднося к столу вращающуюся оранжевую каплю стекла. Он окунул шарик в цветные чипсы, и те мгновенно растворились в раскаленном стекле.
— Сейчас предстоит самая сложная часть, — сказал Дикон. — Но ты будешь крутить хвост. Готова?
— Для чего? — спросила Эллисон.
— Удивляться, — сказал Дикон, снова улыбаясь.
— Готова, — ответила она.
Дикон понес синюю каплю на трубке к деревянной подставке. Он схватил гигантские металлические щипцы, окунул их в ведро с водой, и, прежде чем Эллисон смогла понять, что он делает, он начал вращать трубку и зажимать расплавленное стекло щипцами. За какие-то секунды маленький шарик превратился в расплывчатую ящерицу, а затем в дракона с ушами, как у щенка, и чешуйчатым позвоночником.