Ее так и подмывало сказать «да» прямо здесь и сейчас. Так соблазнительно. Но она не могла заставить себя сделать это. Пока нет. Сначала надо поговорить с Роландом. Эллисон никогда не простит себе, что воспользовалась финансовой выгодой больного и пожилого человека, каким бы здравомыслящим он ни казался.
— Можно мне подумать? — спросила она.
— Можешь, но не слишком долго. У меня не так много времени. Мне бы хотелось, чтобы ты устроилась здесь и была счастлива, прежде чем я уйду.
Она посмотрела на него, и он пожал плечами.
— Нет смысла притворяться.
— Что бы я ни решила, — сказала она, — спасибо. Это самая добрая вещь, которую кто-либо когда-либо предлагал сделать для меня.
— Лучшее, что ты можешь для меня сделать, это согласиться.
— Обещаю быстро дать ответ, — уверяла она. — Я… просто о многом нужно подумать, никогда не возвращаться в Кентукки, владеть своим собственным маленьким бизнесом.
— Не отрицаю, придется поработать. Но, возможно, тебе удастся уговорить одного бывшего монаха помочь тебе. Он отлично поднимает тяжести.
Эллисон встала с кровати, обняла доктора Капелло за худые плечи и долго не отпускала.
— Спасибо, пап.
— Всегда пожалуйста, моя куколка. А теперь иди спать, и я пойду.
— Отличная идея. — Она помогла ему подняться и убедилась, что он удобно устроился, прежде чем выключить свет и оставить его одного в комнате. Выйдя в коридор, она увидела, что оставила свет на чердаке включенным. Мгновенная паранойя заставила ее снова подняться по лестнице, чтобы еще раз проверить, полностью ли погас огонь в мусорном ведре доктора Капелло. Очевидно, он знал, что делает, потому что огонь потух полностью, хотя в комнате остался легкий запах дыма. Из любопытства Эллисон открыла верхний ящик картотечного шкафа. Ключ был в замке ящика, но теперь, когда те были пусты, доктор Капелло не запер его. В нем не осталось ничего, кроме пустых висящих папок. Она пролистала их и ничего не нашла… пока не дошла до папки в самом конце. Доктор Капелло пропустил один маленький клочок бумаги, прилипший к нижней части папки. Простым шрифтом вверху страницы было написано: «Предоперационная инструкция». Ниже Эллисон увидела слова, написанные угловатым почерком доктора Капелло под наклоном, которые казались Эллисон разборчивыми и в то же время совершенно непонятными.
Операция: частичная гиппокампэктомия.
Пациент: Ларсен, Роланд Дж., 8 лет.
Дата: 8-8-93
Время: 7:00 утра
Анестезия: общая.
Это были медицинские записи анестезиологу по имени доктор Пенн о предстоящей операции. Операция восьмилетнему мальчику по имени Роланд Дж. Ларсен. Восьмилетний мальчик по имени Роланд Дж. Ларсен в 1993 году. Это означало, что восьмилетнему мальчику по имени Роланд Дж. Ларсен сейчас исполнилось тридцать.
Доктор Капелло оперировал Роланда. Ее Роланда. Это должен был быть он, не так ли? Не то чтобы «Роланд» было очень распространенным именем. Для нее не было большой неожиданностью, что доктор Капелло прооперировал его. Он прооперировал Дикона, Тору и Оливера. Но почему Роланд не сказал ей, что его прооперировали? И для чего была эта операция? Внизу страницы был медицинский термин, смысл которого она не понимала. Доктор Капелло мог объяснить его для нее, но он сжег эти записи. Он не обрадуется, если она признается, что рылась в них. И если бы Роланд хотел, чтобы она знала, разве он не сказал бы ей об этом?
Слишком много тайн в этом доме.
Их было так много, что они начинали казаться…
Ложью.
Глава 22
Когда Эллисон проснулась на следующее утро, кровать была пуста. Как она ни старалась проснуться раньше Роланда, он все еще жил по режиму монастыря и вставал в пять утра.
Но так было даже лучше, потому что она все еще не знала, что ему говорить. На подушке лежала записка: «Ты забыла разбудить меня, соня. Сегодня ночью. С любовью, Роланд.»
Она бы улыбнулась, если бы могла, но у нее не было сил. Теперь было слишком много неизвестного. Слишком много секретов. Она не сможет успокоиться, пока не получит еще несколько ответов на слишком много вопросов.
Утро было уже довольно поздним, и у Эллисон было чувство, что Дикон и Тора уже уехали в «Стеклянный Дракон», но не настолько поздним, чтобы Роланд и доктор Капелло еще были внизу. Если ей удастся точно рассчитать время, она смогла бы выйти из дома, не отвечая на неудобные вопросы о том, куда собралась.