Полыхает Гражданская война
От темна до темна…
Калевала Кочергина
Карелия и Финляндия сказочны, загадочны и красивы. Финский залив, огромные морошковые и клюквенные болота, белые и тонкие красавицы березы, темные ельники, голубое небо, в любой момент готовое раскрыться обложным дождем, снежные сверкающие поля зимой.
Здесь родился один из самых интересных и органичных эпосов мира - Калевала. Рассказы о мудром старом Вяйнемяйнене, кузнеце Ильмаринене, веселом охотнике Ляминкайнене, грозной старухе Лоухи и ее мрачной Похъёле... Человек, сумевший увидеть и подарить нам, читателям этой сказки для всех возрастов, её красоту - Николай Михайлович Кочергин, художник-оформитель, родившийся в Российской империи, видевший Революцию и ставший одним из лучших сказочных иллюстраторов Советского Союза.
Можно ли назвать его художником, писавшим в фентези-жанре? Да. Пусть он сам о таком и не думал.
Он просто писал.
Из сказок для детей, старых, мрачных, непереработанных для малышей, на нас глядят готовые каноны настоящего фентези. И пусть "Калевала" издавалась уже мягкой, хотя и не такой, как сейчас, но ее серьезная и тяжелая основа, такая же, как жизнь карелов и финнов, колдунов саамов, боязнь которых даже среди викингов отразилась в "Снежной королеве" Андерсена (все помните колдунью-финку?), подходят все более популярному жанру сказок для взрослых никак не меньше эпоса о короле Артуре и рыцарях Круглого стола. Тем больше достоин уважения человек, сумевший показать всем, кто хочет узнать больше о преданиях и легендах народов, живущих бок-о-бок с нами, так много красивого.
Вот старый Вяйнемяйнен, могущий одними словами превращать золотистые свежие доски в корабль, играет на кантеле, вот мудрый Вяйнемяйнен, что с друзьями освобождают Солнце.
Но это было потом, когда козни стали страшнее. Сперва все только начиналось. И молодой мастер Ильмаринен творил из болотного железа чудеса на радость людям. А слава его была такой, что даже старуха Лоухи выдала за него свою дочь, красавицу Похъёлы.
Поднимает меч Куллерво, бесстрашный раб, любимый даже зверями Калевалы и погибший из-за злой и хитрой жены Ильмаринена, взятой из злой Похъёлы.
Вот мастер-кузнец Илмаринен, потерявший свою любовь из-за хитрой дочери старухи Лоухи кует себе жену из золота с серебром, не зная о Пигмалионе и Галатее греков.
Вот идет, довольный жизнью, веселый и бесхитростный могучий охотник Леминкайнен, поймавший ради благосклонности хитрой Лоухи волшебного лося. Потом Лемминкайнен, обманутый хозяйкой мрачной страны Похъёлы решил отомстить и убрав со своей дороги сотни ее прислужников, столкнулся со страшной змеей.
Вот его спасает единственная женщина среди всех, смеявшихся вслед охотнику, единственная, любившая его по-настоящему и нашедшая едва дышащего сына в торфяном холоде болота, его мать.
А вот сама хозяйка Похъёлы, старая и грозная ведьма Лоухи, самый коварный и страшный противник Калевалы, страны людей и жизни.
А вот Лоухи, обернувшись в странно-страшную птицу хочет забрать у героев-финнов волшебную мельницу Сампо, скованную Ильмариненом из-за обмана ведьмы.
Вот таким Николая Михайловича Кочергина нам, детям СССР и России, нужно помнить. Ведь книги "Детской литературы" не вечны, многие из них давно пропали и сгнили на мусорках, в подвалах и гаражах, сгорели в пожарах и просто кострах. А ведь сказки, иллюстрированные волшебником Кочергиным были разные. Но все они были хорошими.
Стрелы Робингуда
Говорят, когда в СССР показали французских «Мушкетеров» шестидесятых, то случилось два бума. С приемом в фехтовальные секции и попаданиями в травм-пункты юных любителей взять палку, насадить на нее крышку от банки, типа гарда, и устроить дуэль. Про последнее, скорее всего, чушь и вранье.
В нашем детстве восьмидесятых случился другой бум. Мы массово делали луки из веток и лесок, строгали кривые стрелы и запасались мечами. И виной был вовсе не советский Робин с бородой Бориса Хмельницкого, а классический английский сериал о Робине из Локсли. Да, тот самый «Робин из Шервуда», что так и считается в Бриташке самым каноном и чей Малыш Джон, спустя много лет, стал Большим Джоном из «Игр Престолов». Ну, тем дядькой, которому лютоволк Робба отгрыз пальцы.
Сам сериал, вернее, штук пять его показанных серий, был потрясающий. Там Робин воевал со злобными шерифом и Гисборном, обладающими не только упырями-прислужниками, вооруженными клевым рыцарским железом, но еще и каким-то колдунством. Злодеи злодейски злодеили, строили козни и загоняли честного лесного стрелка во всякие ловушки. Еще там постоянная возникала какая-то золотая стрела, и вроде приз за стрельбу, и вроде нужная для чего-то еще, то не важно. Важно другое: раз в день наши детские сердца замирали в переживаниях за Локсли и его будущее.