Выбрать главу

В этот раз пришлось минут двадать потратить в пробке около переезда. Город большой, и транспорта по утра очень много. Все спешат, сеутятся. Кто на работу, кто на учебу... Я вновь попросил водителя включить музыку погромче, откнулся в кресле, и прикрыл глаза. Нервничать не в моих правилах, все равно от этого ничего не измениться. Лучше насладиться моментом и отдохнуть. Собственно чем я и занимался, пока мой извозчик ругался благим матом на нерастропных участников двжения.

Когда доехал до офиса, рассчитался и вышел из машины. Надвинул капюшон на голову, привычно спрятал руки в карманы и направился к высокому зданию, с синеющими стеклами на весь фасад. У парадного входа стоял охранник Лева с покрасневшим ушибом на лице. Я хмыкнул и подошел к нему ближе, протягивая руку для приветсвия.

- Доброе утро, Лева. Что это за макияж на твоем лице? - усмехаясь, спросил у него.

Лева протянул руку в ответ и сжал мою, скривившись от досады. Он непроизвольно потер сободной рукой ушиб и отвел взгляд в сторону.

- Да тут час назад целое побоище было. Пришлось даже ментовку вызывать.

- В смысле побоще? - я нахмурился, предвкушая очередные проблемы.

- Да приехали тут братки на понтах. Сопровождали какого-то разодетого пижона. Леонидовну хотели защемить, пришось вмешаться.

- Чего хотели? - я три раза сжал и разжал кулаки.

- Я тольком и не понял. Лучше поди Леониовну спроси, она как раз у себя.

Быстрым шагом преодолел холл, даже не поздоровался с секретаршей и без стука влетел в кабинет Леонидовны. Она сидела за своим столом и трясущимися руками пыталась накапать валерьянки в стакан с водой. Ее лицо казалось испуганным. Маленькая, хрупкая девушка, на плечах которой лежала большая ответственность. Она на голову была ниже меня, с длинными каштановыми волосами, всегда элегантна и сдержанна. Вот только сегодня она совершенно не соответствовала своему образу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

2-2

- Доброе утро! - грубо рыкнул и подошел к ней ближе - Что у вас тут приключилось?

Леонидовна вздрогнула. А когда увидела, что это я, то чуть не расплакалась. Всегда сильная, строгая но в то же время светлая, сейчас она напоминала испуганного котенка. Не сводя вгляда, покрасневших глаз, она ответила:

- Кретины случились... - она отвела взгляд смущено, и не спешила рассказывать дальше.

- Какие? - я грубо повысил голос, требуя более детальных пояснений.

Леонидовна глянула на меня из-подо лба, напоминая о том, что я перехожу тонкую грань субординации. Но поняла, что это не праздное любопытство, вздохнула и продлжила:

- Деловые партнеры. - Краткое пояснение, которое прозвучало как ругательство - У нас задолженность, и они приезжали напомнить об этом.

- А позвонить никак? Нужно только лично навещать должников? - сел напротив и откинулся расслабленно на спинку стула.

Леонидовна работала заместителем директора на фирме, а я начальником охраны. Начинал, как и Лева, с должности обычного охранника. Но, показав свои руководительские способности, быстро поднялся по карьерной лестнице. Хотя, по большей части я сопровождал Леонидовну на разных встречах, и часто исполнял обязанности ее личного водителя. Офис у нас хоть и большой, но мой заместитель отлично справляется со всей бумажной волокитой. Я же чаще сталкивался с ситуациями, подобными сегодняшней. Решать вопросы силой и авторитетом мне нравилось куда больше, чем сидеть в кабинете и следить за камерами.

- Почему сразу не сказала, что нужна моя непосредственная помощь? К чему были эти ужимки?

Я много раз повторял Леонидовне, что в подобной ситуации лучше сразу сказать, что нужна грубая сила. А она по прежнему увиливает от деталей в телефонном разговоре.

- Я надеялась, что ты и так поймешь...- обиженно проблеяла она.

- Я что на экстрасенса похож? - фыркаю в ответ - Я тут работаю уже третий год, но смотрю ничему тебя не научил.

С Леонидовной мы общались не формально, не утруждая себя пафосным обращением на «Вы». Тем более с учетом того, что мы почти одногодки.

- А что я должна была делать? - вспылила Леонидовна - Кричать «спаси меня»? Тут авторитеты приехали... И выставить себя полным ничтожеством?