Стоило мне посмотреть на него, как наши лица оказались слишком близко друг к другу. Артур так увлекся брюзжанием, что не заметил нарушения собственных правил насчет личного пространства. Положил руку позади меня на спинку дивана и тяжело дышал, выдыхая воздух из легких с шумом.
— Зато я теперь интересна, правда? — ослепительно улыбнулась, вгоняя его в окончательный ступор.
Не понимаю его совсем. Женщин он не любит, детей тоже. Считает их абсолютно неэффективными, бесполезными и ненужными. Даже о своем детстве выразился, как о худшем периоде жизни. Мол, я бы предпочел родиться взрослым и в пробирке.
Их отношения с отцом тоже странные. Вроде любовь есть, но какая-то отдаленная. Григорий Архипович к сыну тянулся, а тот лишь скупо улыбался и всячески избегал контакта. За час, что мы просидели в гостиной, Артур у него ничего не спросил. Ни здоровье, ни дела, только скупо сообщил о делах в компании, которая постепенно переходила в его руки.
Неужели ему настолько наплевать на окружающих? Ведь этот же человек отдал мне свой пиджак, довез до дому и без лишних слов проводил до двери квартиры. Приставил охрану, а вчера из банка мне пришло уведомление о досрочном погашении кредита, хотя наш контракт еще даже не подписан.
— Кто ты? — выдохнула я, мучавший меня вопрос всю неделю, и Артур вздрогнул. И не отодвинулся, когда приблизилась к нему на пару сантиметров, сокращая расстояние между нами.
Глаза у него удивительно красивые. Насыщенного янтарного цвета, в обрамлении густых темных ресниц. Гораздо теплее, чем могло показаться, на первый взгляд.
— Знаешь, не могу тебя понять. Ты не любишь женщин, но в компании сотрудниц женского пола в половину больше, чем мужчин. И не говори про отца. В последний год не он вел бизнес. Может я не лучший работник, однако выводы делать умею и по сторонам смотреть тоже.
Оказывается, если перестать думать лишь о себе, можно узнать много интересного. Например, о возможности приходить на работу позже, если ты молодая мама. Живешь далеко от работы, а ребенка надо вести в детский сад или школу. Никогда не замечала этого всего. Однако прислушиваясь к разговорам коллег на обеде и в перерывы, я слышала, как они обсуждали этот вопрос. Да, у Артура личный помощник – мужчина. Но ведь его на работу взял еще Григорий Архипович. Возможно, Камарин-младший попросту не стал ничего менять?
— Не понимаю, о чем ты, — отвернулся Артур, чуть отодвигаясь. — И припомню, чтобы в нашем договоре было условие, при котором мы имеем право лезть друг другу в душу.
Я почувствовала легкий укол разочарования. От холодного тона захотелось обхватить себя руками, хотя понимала, что он попросту защищается. Своим прошлым Артур делиться не собирался. Да я и не ждала. Не в тех мы отношениях. Однако немного его понять мне все-таки хотелось. Не знаю почему. Наверное, отсутствие матерей в чем-то роднило нас? Я тяжело вздохнула, устраиваясь обратно на диване и потянулась к чашке с остывшими остатками чая.
— А пару миллионов все равно хочу. И платье с кружевами от Юдашкина. Чтоб фата четыре метра и все вокруг заставлено сиреневыми гиацинтами, — попыталась разряд обстановку. Чуть не выплюнула чай, когда услышала тихий смешок рядом с собой.
— Ты такая глупая, — неожиданно проговорил Артур, и едва ощутимо коснулся пальцами моего плеча.
Прикосновение обожгло через тонкий свитер кожу. Пальцы задрожали, а чашка чая выпала из рук прямо на белоснежный ворс ковра. Не обращая внимания на капли, испортившие дорогой предмет интерьера, я непроизвольно перехватила его запястье. Артур замер, едва дыша.
— Муж и жена должны трогать друг друга. Разве нет? — выпалила я первое, что пришло на ум. Молодец, Соня. Самостоятельно расписалась в справке о своем сумасшествии.
— Убери, — выдавил он с трудом, но руку не отдернул. — Просил же.
— А если нет? — выдохнула я, потянув на себя, видя его расширившиеся от страха зрачки. Или это что-то другое?
Камарин тяжело дышал, словно пробежал многокилометровую дистанцию. Между нами в эту секунду пробежала искра. Я ее почувствовала всем существом, да и Артур думаю тоже. Он позволил приблизиться к себе настолько близко, что запах мяты наполнил легкие. А еще я поняла, что физически этот мужчина привлекает меня.