— Слушай, Сонь, я хотел спросить… — начал было он, а я открыла рот.
Нет, нет, не вздумай звать меня на свидание! Мой брак фиктивный, однако у нас с Камариным договор. Вряд ли его порадует, что я решила погулять за спиной.
— Петь, — начала я, однако Седакин будто на что-то решился и тяжело вздохнул, глядя куда-то мне за спину. Он нервно прикусил губу, ероша волосы. Нервничает, бедняга. Прямо стыдно ему отказывать.
Ох, Сонечка, роковая женщина. Свела с ума парня, теперь проблем огребаешь.
— Нет, подожди, — поднял руку Петя, тяжело вздыхая. — Я хотел спросить... Ну…
Не тяни. Зови на свидание, чтобы я могла тебе отказать.
Я выставила вперед ногу и выпятила грудь. Новая блузка идеально сидела по фигуре, а шелковистая ткань ласкала кожу. Вырез выгодно подчеркивал все нужные выпуклости спереди, поэтому почти не сомневалась в своей неотразимости.
Без понятия, сколько стоило это сокровище. Во избежание инфаркта миокарда я старалась не смотреть на ценники, когда надевала ее в примерочной. Артур попросил подобрать себе одежду. Точнее, просто заявил в своей типичной манере, чтобы «не смела его позорить перед обществом и выкинула свои дешевые тряпки».
— Да-а, Петя? — с придыханием спросила я, коснувшись пряди волос и накручивая ее на палец. Седакин сглотнул, кадык дернулся.
Давай, мальчик не тяни. Ох, Сонечка, суперженщина, покорительница мужчин. Бедолага не знал, куда прятать взгляд, скользя им по всем поверхностям. От стойки администратора до стеклянных раздвижных дверей.
— Ты не знаешь… У Олеси парень есть? — вдруг спросил он, разрушая мое хрупкую самооценку. Я наклонила голову, выпрямилась и выдавила себя:
— Что?
— Ну, Шишкина встречается с кем-нибудь? Вы же подруги, я подумал…
О, позор на мои седины. Какое унижение. Представляю, что было бы, заяви я этому парню, что не пойду с ним на свидание. Сквозь землю хотелось провалиться прямо под мраморный пол нашего холл. Петя еще говорил, когда я отмахнулась и прорычала, чувствуя себя обиженной идиоткой:
— Сам у нее спроси. Будь мужиком, в конце концов! — и двинулась к лестнице, намереваясь отыграться за все хорошее со своим муженьком.
Это он виноват. Начиная с дурацкой свадьбы и заканчивая моими проблемами. Пока я обживалась в новой квартире, Камарин сообщить всем, кому надо и не надо, о смене семейного статуса. И теперь считал себя вправе каждое утро раздражать меня за завтраком.
Соня, помой кружку.
Соня, что за гадость ты ешь.
Соня, ты хоть знаешь сколько здесь калорий?
Соня, твой кот нагадил в углу
Соня, твои волосы забили слив в ванной. Убери!
И все это противным учительским тоном. Из-за Артура я за неделю научилась отличать парабены от нитратов. Узнала, что такое физические и химические фильтры, как влияет на нашу кожу силикон и насколько опасен полиэтиленгликоль. А уж о количестве микропластика в любимой помаде знаю больше, чем экологи из института исследований.
Хотелось высказать ему все немедля. С момента нашей свадьбы все пошло наперекосяк. Конечно, Артур не виноват в том, что Пете нравилась не я. И в злоключениях со стороны коллектива тоже вряд ли он участвовал хоть как-то. Но мне надо было кому-то поныть или пожаловаться. Весь обед насмарку, половина рабочего дня прошла в очередной попытке добиться нужных документов от экономистов, да еще поклонника лишилась.
Отстой. Моя жизнь — тлен.
— И объясни прямо Маргарите Семеновне, что, если она не предоставит мне финансовый отчет сегодня. Завтра она может собирать вещи. В другом месте от нее не будут требовать таких сроков, но и зарплата будет гораздо ниже, — этот голос я узнала бы где угодно.
Артур вышел вместе с Геной Гончей из лифта, направляясь в мою сторону. На нем тот же костюм, что я видела утром. Ни пылинки, ни перекошенного галстука. Даже прическа в порядке, а я в порыве злости и за обедом съела всю помаду. Взгляд Артура скользнул по мне, и он рукой остановил Гену, обещавшего вытрясти из нашего финансиста последние искры жизни вместе с отчетом.