Даже капюшон нацепил. Для безопасности.
— Я же тебя просил, — средство для чистки ванной «БиоМио» с ароматом океанской свежести оказалось на тумбочке. Сам Камарин стянул респиратор и нахмурил брови.
— А я уже все забыла. Прости, память золотой рыбки, — развела руками и улыбнулась, но попытка казаться милой не сработала.
Артур фыркнул, брезгливо поднял с ладони волосы и потряс ими перед моим носом, подойдя близко.
— Напоминаю, — протянул он.
Я не успела возмутиться, как Камарин развернулся и прошуршал обратно на выход, не забыв забрать дурацкий гель без парабенов. Очередной хлопок заставил вздрогнуть, затем раздался крик:
— Не забудь вычесать кота, продезинфицировать лоток и состричь когти!
Раздражение пришлось выпустить негромким рычанием в потолок с тихой бранью в сторону микробофобных личностей. Затем я поднялась, подошла к висящему на стене календарю и красным маркером на шнурке зачеркнула очередную дату. Осталось пережить еще триста дней, после чего я буду свободна и богата.
Прошло уже два месяца, а у нас все осталось по-прежнему. Работа, дом, редкие ссоры по вечерам из-за немытой кружки, грязного лотка, шерсти Матроскина и постоянные споры о том, кто сегодня моет туалет. Ужин в одиночестве, потом просмотр телепередач или сериала на большой плазме в гостиной на белом диване Редкие прогулки по городу, встреча с Дашкой, сплетни в офисе.
Скукота.
Стандартный набор для семейной жизни только без бонуса в виде секса. Камарин спал в своей кристально чистой спальне — а я ночевала в гостевой комнате, где иногда позволяла себе бросить вещи на компьютерное кресло или выпить чаю у ноутбука.
Неслыханная дерзость.
На самом деле мы не так уж часто виделись. Редкие встречи на перерывах в компании да на совещаниях. Чаще всего Артур оставался на работе допоздна, а я уезжала домой на такси или с личным водителем Камарина. Естественно, про нас сплетничали. Дамы делали ставки и следили за моим рационом, присматривались к размеру одежды, выискивая пару лишних килограмм. Только ленивый не играл в тотализатор: «Когда Камарин бросит Самойлову».
Но сказка о Золушке продолжала жить, пусть не совсем по сценарию.
В свою очередь, я не мешала Артуру, а он не трогал меня. По утрам встречались на кухне, сонно здоровались и разбредались кто куда.
Мы не любили ранние подъемы. Зато оба предпочитали помолчать под очередной мультфильм на канале СТС, поедая свой завтрак: он — овсяноблин с натуральным йогуртом, я — яичницу с колбасой. Артур вставал на час раньше, потому первым шел в душ и садился за рабочий ноутбук. Мне же оставалось только сварить кофе, разлить по кружкам и устроиться рядом с телефоном, изучать ленту новостей «ВКонтакте» или «Инстаграм».
Однако, случались моменты, когда привычный уклад рушился, гром и молнии летали по квартире. «Великая генеральная уборка» — так называлась каждая суббота месяца. В этот день я предпочитала исчезать из квартиры с утра, забрав с собой Матроскина. Увозила к папе, а сама отправлялась к Дашке. До воскресенья мы рефлексировали под музыкальные хиты восьмидесятых, поедали вредные суши с гадкими нитратами. Дважды заказывали стриптиз, гуляли по городу и веселились.
Но сегодня Гринева проводила день со своим новым ухажером, папа позвал на рыбалку Григория Архиповича и мне пришлось закрыться в своей комнате, посвятив день просмотру шедевров кинематографа, снятых по романам Джейн Остин. И я как раз остановилась на «Гордости и предубеждении», когда явился Камарин с моими волосами.
Иногда я думаю, что уборка будит в фиктивном муже самого Дьявола. Иначе как объяснить сто двадцать пятое замечание за одно только утро?
— Соня!
Я вздохнула, захлопнула крышку ноутбука и поднялась с кровати. Просторная спальня, наполненная светом, радовала своим беспорядком. Покрывало наполовину свесилось, на кресле покоились джинсы. Полки над компьютерным столом заполонили любовные романы, от вида которых у Камарина каждый раз случался рвотный рефлекс. На прикроватной тумбочке в хаотичном порядке расставлены ночные, маски и баночка с патчами. Рядом зарядка, комод завален косметикой, подушки разбросаны по всему полу.