— Побрею налысо, — пригрозил Матроскину Камарин, снимая перчатки.
— Только попробуй! — цыкнула я, собираясь уйти.
Случился тот самый момент, который во всех сериалах и дорамах называют «романтичным». Когда главная героиня запинается обо что-нибудь, чаще всего просто поскальзывается, а герой ловить ее в полете. После случается поцелуй. Занавес.
Наша ситуация несколько отличалась от киношной: Артур за каким-то чертом решил сдвинуться с места одновременно со мной. Мы столкнулись, нога в мягкой тапке благополучно поехала вперед, нарушая хрупко равновесие. Не глядя, я попыталась удержаться в вертикальном положении и схватилась за шуршащий костюм, потянув Камарина на себя.
Янтарный взгляд обжег меня в момент сближения — сильные руки подхватили под спину. За секунду мы сблизились настолько, что впору было голосить тревожному будильнику в голове этого чокнутого микробофоба. Особенно когда наше теплое дыхание столкнулось в неравном бою, а длинные ресницы скрыли впихнувшие желтые огоньки.
«Засоси его, детка!», — истошно взвилось подсознание.
Святые содиум сульфаты, да это самый страстный момент за восемь недель нашего совместного проживания! Нет, конечно, на работе иногда приходилось изображать счастливых молодоженов на публику. Но все было так наиграно и невинно.
— Камарин, — протянула я, задыхаясь и сильнее сжимая ткань костюма.
— Что?
— Я сейчас упаду, — выдохнула с трудом, елозя ногой по гладкому паркету и пытаясь не сесть на эротический шпагат перед Артуром.
Его кадык дернулся, затем Камарин помог мне выпрямиться и ощутила дрожь длинных пальцев. Всего на мгновение, потом Артур отступил. Моего фиктивного мужа начало трясти с такой силой, будто кто-то включил виброрежим. Он отступил на два шага, тяжело задышал, оттянул ворот костюма, пытаясь прийти в себя.
— Воды? — осторожно спросила я, поскольку не понимала причины такой бурной реакции. — Воздуха?
— Все нормально, — выдавил из себя Артур, прислонившись к стене, и закрыл глаза. — Просто дай мне минуту.
Я нахмурилась.
Не то чтобы я так уверена в себе, но готова поспорить — Камарин не испытал отвращения, когда он прикасался ко мне. Уж за два месяца наблюдения за ним, я научилась улавливать малейшие изменения в настроении Артура. Наоборот, на долю секунды мне показалось, что он хочет поцеловать меня. А потом резко отступил и теперь сжимался до состояния молекулы, словно желал исчезнуть.
— В чем дело? — немного агрессивно поинтересовалась я, ощущая легкую обиду. Не такая уж и страшная, чтобы шарахаться от меня. Вроде кошками не пахну.
— Ни в чем, — отрезал Артур и отлип наконец от стены.
— Неправда! — ткнула в него пальцем и зарычала. — Я точно видела твой взгляд, ты хотел поцелуя.
— Мечтай, — фыркнул Камарин. — Сумасшедшие любительницы беспорядка меня никогда не привлекали. Уйми свою внутреннюю Золушку, я не принц твоей мечты. Если чего и хотел, то лишь в чьих-то фантазиях.
Вот здесь спорить не буду. Ни разу не принц. Даже до коня не дотянул.
— А ты стрелки не переводи, — прорычала я и двинулась за ним в сторону ванной комнаты. — Секунду назад ты готов был пойти на контакт, затем просто шарахнулся от меня, как от прокаженной. Будто интерес ко мне провоцирует какое-то долбанное психическое расстройство или сумасшедшую фобию!
Артур резко остановился на пороге ванной комнаты, развернулся и посмотрел так, что я непроизвольно отскочила. Красивые черты исказила настоящая ненависть. Словно Камарин винил меня в каких-то страшных преступлениях прошлого. Он резко схватился за дверную ручку и прорычал яростно:
— Не лезь не в свое дело, Соня. У нас контракт, если забыла. Так будь добра следовать его пунктам!
Дверь неожиданно захлопнулась перед моим носом, а я осталась стоять и недоуменно хлопать ресницами. Спустя минуту послышался шум воды, грохот падающих баночек и мат. Повернувшись к Матроскину, я спросила:
— И что это было?
Глава 12. Дурная репутация
Когда твоя семейная жизнь больше напоминает комедийный ситком на канале ТНТ, невольно задаешься вопросом: где же ты так накосячила? Нет, ну правда.