2.
Когда же все начало потихоньку меняться? Я даже не уловил тот момент.
Смотрел фотографии Германа, что целует Василису прямо посреди автомобильной парковки, и в душе расцветала надежда. Надежда на светлое будущее.
Герман стал чаще выходить на завтраки. Он стал более ответственным и собранным. Моей радости не было предела! Внук ожил, воспрял духом, вернулся из забытия.
А потом я застал его с бутылкой виски и стаканом в гостиной. За грудиной сразу все похолодело. Но Герман сам рассказал, в чем проблема… Он сглупил, не смог сдержаться… обидел или просто напугал своим напором - сам толком понять не успел. Но Василиса избегает его и уехала в отпуск. Трубку не берет, на сообщения не отвечает.
И тогда я понял, что просто обязан помочь внуку. Мне не сложно, а ему это сейчас очень, очень нужно.
Вызвонил я Василису, расспросил ненавязчиво про место, куда она поехала. Этот отель мне знаком, но беседу надо было как-то поддерживать. Герман следил за каждым моим движением, а когда я отбил звонок, встрепенулся.
Выложил я ему всю информацию с удовольствием, наблюдая за горящим взглядом внука. И со спокойной душой на следующий день убрал "хвост". За внука я был теперь спокоен. Он в надежных руках Василисы.
А вот свой покой я потерял, когда впервые пересекся на мероприятии с Лилианой. Она вошла в банкетный зал грациозной кошкой. Ни одна из присутствующих женщин не смогла бы с ней соперничать.
Ее гордая осанка, плавные движения и томный взгляд заставили меня встрепенуться. И не только меня.
Сколько лет я не чувствовал возбуждения - не сосчитать. Я и забыл уже, как это - хотеть кого-то. Но Лилиана не выходила у меня из головы, я каждый божий день думал о ней, пока не нашел точки соприкосновения. Бизнес - дело такое. Иногда прилетают приглашения к сотрудничеству от совершенно неожиданных людей. Так было и с Лилианой. Когда помощница диктовала мне график встреч, я даже ушам своим не поверил. Вот так совпадение…
И все, я потерял покой. Как же глупо я себя ощущал каждый раз, когда поправлял болезненную эрекцию после встречи с ней. Чувствовал себя пацаном в пубертате, которому понравилась девочка. Девочка, которая ему никогда принадлежать не будет.
Каждый раз тонул в ее глазах. Захлебывался. Увяз, словно мушка в паутине, и чем больше сопротивлялся чувствам, тем больше запутывался в них. Окончательно и бесповоротно.
Узнал все о Лилиане, что было в свободном доступе, и не только. Служба безопасности работает отлично.
Замужем не была, детей нет…
Это печально.
Интересно, почему такая роскошная женщина одна?
А, может, не одна? Просто свои отношения не афиширует?
Отчего-то стало тошно. Наверно, я законченный эгоист, потому что мне очень хотелось… безумно хотелось, чтобы у Лилианы никого не было!
Я хочу, чтобы она стала моей.
Но ведь она так молода… почти вдвое меня младше…
Но мой эгоизм лишь закатывает глаза на этот факт. И я все же решаюсь попытать счастье. А вдруг? Чем черт не шутит?
Может, ей не хватает надежного плеча рядом?
Хотя, что я могу еще ей предложить, кроме материальных благ и своего плеча? Не мальчик уже, поди. В моем возрасте уже прадедами становятся.
Но тормозить я не привык. На новогоднем балу цепляю взглядом в толпе ее стройную фигурку, набираюсь решимости и рассекаю разношерстную толпу, как ледокол.
На мне костюм Графа Дракулы. Немного необычно, конечно. Совершенно не в моем стиле. И, возможно, легкомысленно для моего возраста.
В какой момент мой возраст стал меня так волновать?
Наверно, когда влюбился в женщину, намного младше?
- Лилиана, добрый вечер, - склоняюсь в поклоне, откинув назад полы длинного черного плаща.
- Петр Степанович, - она улыбается в своей томной манере. - Рада Вас узнать среди прочей нечисти этого вечера. Больше похоже на Хэллуин, вы так не считаете?