А всё почему?
Дилан сидит на одном колене, подняв картину с блондинкой выше. Смотрит в её глаза, не страшась зрительного контакта с неприятной личностью, что не скрывает своего желания проникнуть в сознание зрителя.
Творческие люди способны на многое, особенно если находятся в состоянии высокой эмоциональной активности. Обычно Лиллиан спокойна, от этого её пейзажи наводят умиротворение. Но данные портреты — иное в её творчестве. Она их прячет, готовясь достать в нужный момент. Так же было с Шоном. Они вновь поссорились, и Лиллиан развесила картины по всему дому. Шону они не нравились, он явно ощущал дискомфорт от постоянно наблюдения, но не хотел перечить любимой женщине. О’Брайен до сих пор считает себя безумцем из-за догадки.
Что если именно эти сильно энергетические картины могли так изменить мужчину? Что если их влияние — это далеко не шутка? Каждый творческий человек способен закладывать свои эмоции и чувства в свое творение, так вдруг Лиллиан таким же образом воздействовала на Шона?
Дилан перебирает портреты. Один отвратительнее другого. Даже парню становится не по себе, но он отгоняет все чувства, что рождаются при просмотре этих «шедевров». Пока его руки не добираются до последней картины.
Поднимает холст к лицу, с напряжением изучая каждый изгиб лица изображенной красками брюнетки с карими глазами.
Тот день… До аварии Лиллиан сильно поссорилась с Митчеллом из-за предложения того о работе. Женщина была вне себя, и она заикнулась о том…
Парень с хмурым видом всматривается в неприятные огромные глаза.
Лиллиан сказала что-то про Райли, мол, это Янг надоумила Митчелла. Что это её вина.
Дилан осторожно проводит пальцами по поверхности холста, задевая лицо девушки.
Творческие люди.
Чувства и эмоции.
Энергетика.
Влияние.
Знание психологии человеческого сознания.
Энергетические вампиры.
О’Брайен опускает взгляд ниже, на шею, и на ней разглядывает еле выведенную звезду. Кулон.
А изображенная девушка своими чертами больно напоминает Райли.
***
Набираю холодную воду в ладони, стоя у блестящей раковины. В ванной светло, теплый пар после горячего душа продолжает греть влажную кожу, принося удовольствие. Разглядываю свое румяное лицо в зеркале, наклоняюсь, опуская его в ледяную воду. Мышцы тела расслаблены после ванной. Ладонями мягко потираю щеки, напевая знакомую мелодию под нос, жаль, не могу точно вспомнить, откуда она взялась в моей голове.
Тяну руку к полотенцу, схватив его с вешалки, и выпрямляюсь, нежно прижимая ткань к лицу, чтобы впитать остаток воды. А тем временем со стороны двери слышу характерный щелчок, поэтому начинаю торопиться, зная, что живу здесь не одна.
Опускаю руки, взглянув на свое отражение ещё раз, чтобы окончательно убедиться в том, что выгляжу нормально.
Моё бледное лицо сильно вытянуто.
А огромные глаза буквально сжирают, не оставляя возможности оторвать от своего отражения взгляд.
Вскакиваю. С громким хриплым вдохом, больше походящим на гортанный стон, словно я затрудняюсь дышать, хотя оно так и есть. Кашляю, чувствуя, как холодным потом покрыта большая часть тела, отчего к коже липнет майка и шорты. Старательно втягиваю воздух, боясь лишиться сознания от ужаса, что испытываю до сих пор, ведь образ девушки с большими глазницами ещё стоит прямо передо мной. Прямо в окружающей темноте.
Застываю от испуга, широко распахнутыми глазами изучив мрак в комнате. Почему… Почему свет выключен? Почему…
Движение.
Боже. Нет.
От страха на глаза накатывают слезы. Морщусь, сжав губы, чтобы уберечь их от дрожи, и шмыгаю носом, не понимая, как ещё не потеряла рассудок. Медленно поворачиваю голову, тихо хныча, и лучше различаю предметы в темноте, ожидая, когда уже взгляд наткнется на девушку, скрывающуюся среди черноты. И это ожидание вызывает сильнейшую в моей жизни головную боль. Сердце сжимается от давления, и я правда готова отдаться очередному кошмару.
Но полные слез и страха глаза находят далеко не пугающую меня особу. Опускаю взгляд, в первый момент продрогнув от неожиданности, вот только осознание реальности наступает довольно быстро.
Громко дышу, изучая парня, который лежит на боку, спиной ко мне. В своей кофте. Практически на краю кровати. Смотрю на него и… И не могу вдохнуть, в связи с чем открываю рот, начав сильно кашлять, но шум не будит Дилана. Он недолго ерзает, после чего вновь становится неподвижным. Шмыгаю носом, утирая пальцами слезы, а те продолжают накатывать, эмоции проталкивают ком вверх по горлу, вызывая ощущение тошноты. Борюсь с дискомфортом, медленно двигаясь на кровати. Ближе к О’Брайену. Трясущиеся руки не поднять. Мне не хватит сил растолкать его, да и толку? Я не знаю, что сказать, просто хочу, чтобы он не спал, но это будет слишком эгоистично с моей стороны, верно? От боли, сковавшей тело, от чувства безысходности и детского страха ничего не спасает. Всё, на что я способна сейчас, это…
Тихо хнычу, проглатывая жалкое желание мычать, и носом прижимаюсь к плечу парня, сжав веки. И выстрелом в сознание получаю образ этой чертовой девушки. Открываю глаза, не специально глотая аромат никотина, осторожно ложусь практически впритык к спине Дилана, который продолжает спать. Плачу, сгибая ноги, коленями жмусь к нему, всем чертовым телом жмусь к этому типу, зарываясь измученным лицом в его капюшон, будто это может помочь. Стараюсь издавать как можно меньше звуков, сложно совладать с собой, когда весь организм выворачивает наизнанку, а ты не знаешь, что с данными ощущениями делать.
Дрожащими пальцами сжимаю ткань кофты Дилана. Взгляд направляю ему в спину, носом прижимаясь к её поверхности. Дышу. Быстро. Сбивчиво. Чувствую давление темноты, буквально со всех сторон она хватает меня, холодом проникая под кожу, от того растет желание проникнуть в тело чужого человека, чтобы…
Спрятаться.
Пищу, сильнее вжавшись в спину О’Брайена. Одной ладонью по-прежнему держусь за кофту, другой аккуратно скольжу под плечо парня, обхватывая его грудь. Лежу. Хнычу ему в кофту, стараясь, правда стараясь совладать с собой.
Но эти глаза. Эти лица. Они… Я…
Движение. Замираю, прекратив сопеть. Прекратив издавать какие-либо звуки. Не моргаю. Дилан громко втягивает кислород в легкие, шевельнувшись. Голову удобнее устраивает на согнутой руке, а вторую руку поднимает выше. Чувствую, как ритм его дыхания меняется. Он точно просыпается, и поэтому сжимаю веки. И не только. Пальцами стискиваю ткань его футболки на груди, предельно тихо шмыгнув носом. Парень отрывает голову от руки. Не знаю, что именно его привлекает, но он довольно быстро ложится, заерзав на месте, свободной ладонью накрывая мое запястье на его груди. Разжимаю веки, с настороженностью отдаваясь тому, что чувствую: Дилан пальцами мнет кожу моей руки, после чего заставляет меня отпустить его футболку. Сжимает мою ладонь с тыльной её стороны, притягивая выше к себе, и громко выдыхает, продолжив лежать, сцепив наши пальцы. Дышу ровнее. Моргаю медленнее.
Смотрю ему в спину.
Постепенно чувство паники уступает место желанию окунуться в сон, что делаю со страхом, но чему противостоять не могу, понимая, что остается надеяться на возможность получить долгожданные силы.
Самое главное — я понимаю, что Дилан не спит. Он всё ещё играет с моими пальцами, и мне не требуется говорить с ним, чтобы ощущать успокоение. Достаточно лишь знать, что рядом присутствует человек, находящийся в сознании.
Дилан О’Брайен бывает кретином.
Но порой таким необходимым.
========== Глава 29 ==========
Просыпаться с кем-то — непривычное занятие, к которому Дилан не знает, как отнестись. Единственное, что он точно понимает — к этому не стоит привыкать. Данное событие носит единичный характер и скорее всего не повторится. И к счастью именно сегодня парень терпит проблемы со сном, вызванные далеко не увиденными портретами и даже не мыслями о телесной близости с девушкой, дыхание которой греет затылок. Всё дело в желании пребывания большего времени в сознании. Именно сейчас. О’Брайен пренебрегает сном, чтобы иметь возможность дольше ощущать чужое тепло, полностью прочувствовать, до самых деталей, каково это. Он не уверен, как часто сознание поддается усталости, главное, он обрывает попытку организма отрубиться, оставаясь в сознании. Вторая причина — избежание неловкости. Если вдруг Райли проснется, обнаружив их двоих в таком положении, ее охватит смущение. Как итог — Янг начнет избегать О’Брайена. Поэтому парень должен уйти раньше ее пробуждения.