Глубокий вдох. Прикрываю веки. В глотке неприятное жжение.
Выдох. Держу дверцу за край, несильно бьюсь лбом о её железную поверхность. Нужно отогнать это.
***
Ему это надо? Нет. Почему смотрит? Уже привычка.
С хмурым видом следит за Остином. Блондин не подает виду, иногда стреляет взглядом на Дилана, пока шагает с Роббом по коридору. Ему навстречу идут люди. Каждый одаривает улыбкой. Каждый здоровается. Пожимает руку. Всеобщий любимчик. О’Брайену вовсе не завидно. Если раньше его и тянуло блевать при виде Остина, то только потому, что тот отнимал у него то, что было интересно Дилану. А теперь ему всё равно. Он получил то, что было нужно, а настороженность остается в груди из-за мнительности. Да, Дилан почему-то уверен. Если Остин захочет, он попытается вернуть доверие и дружбу Райли. Тогда всё начнется сначала.
Только поэтому О’Брайен напряжен. Он не позволит. Теперь он — друг Янг.
Отвлекается на громкий вздох со стороны девушки, поэтому поворачивает голову, сжав пальцами ткань внутри карманов. Спокойным взглядом изучает Финчер, наклонившую голову, коснувшись пальцами виска, чем закрывает свое лицо ладонью от обзора парня. Тот отталкивает спиной от шкафчика, поворачиваясь телом к Янг:
— Что с тобой? — хмурит брови, немного наклоняясь вперед, желая увидеть её выражение лица, но Райли отмахивается, сильнее сжав веки и отворачивая голову:
— Ничего… — громкий вдох. — Сейчас, — подносит ладонь к губам, сдерживая их дрожание. Дилан внимательно следит, уже готовясь вытащить успокоительное, которое взял из аптечки. Янг держится. Да, лицо морщится, но она не дает эмоциям полностью охватить её здравое сознание. Её рвёт на части. Опять это ощущение. Внутри. Буквально минуту назад она чувствовала себя спокойно.
О’Брайен озирается, когда Янг роняет первый всхлип. Шмыгает носом, тут же обеими ладонями сжав губы и нос. Дышит. Терпит.
Остин и Робб стоят у кабинета, общаясь с одноклассниками. Блондин не полностью поглощен разговором, не забывает посматривать в сторону недруга, будто их зрительное сражение — признак силы, и Остину хочется выйти победителем. Эта чертова битва никогда не закончится между ними. Между теми, у кого одно общее прошлое.
Видит то, что вызывает непонимание. Видит, как Дилан осторожно касается пальцами дверцы шкафчика, второй ладонью давит на край её полки, встает позади девушки, немного двинув дверцу, чтобы прикрыть. Чтобы никто не мог наблюдать за ними. Это их мир. Общий. Никому нет позволения.
Райли встает ближе к шкафчику, ладонями прикрывая лицо. Давит на виски. Дышит. Чувствует, как спиной касается груди парня, поэтому старательно наклоняется вперед, дабы уменьшить соприкосновение:
— Сейчас, — повторяет, громко заглатывая кислород. Она успокоится сама. Сможет перебороть необъяснимую напасть. Перепады настроения — то, через что ей требуется проходить.
Шум теперь приносит головную боль. Райли давит лбом на край полки, случайно задевая им пальцы парня, оттого выпрямляется, ладонью потирая лицо. Горячо. Жар. Тяжесть. Моргает.
— У меня есть успокоительное, — О’Брайен оглядывается по сторонам, ведь она вновь шмыгает, отрицательно крутя головой:
— Я сама… — если она хочет прекратить принимать витамины, ей нужно научиться справляться с собой самостоятельно.
— Могу дать, — Дилан шепчет, чувствуя уколы взглядов. Закрывает её спиной.
— Нет, я сама, — повторяет, осторожно разворачиваясь к нему лицом, чтобы выглядеть убедительной, правда, глаза уже покрыты пеленой слез, которые не выпускает, смахивая пальцами. Шмыгает. Поднимает голову и растягивает губы. Совершенно неправдоподобно.
О’Брайен снимает с плеч рюкзак, открывая его, и вынимает бутылку воды, протянув девушке. Та берет её, опешив, и пытается отказаться, видя упаковку успокоительного, которую парень раскрывает, взяв одну таблетку:
— Держи.
— Я правда… — открывает рот, качнув головой, и активнее вытирает веки, пытаясь окончательно выбить из себя остатки резкой напасти в виде непонятной грусти.
— Пей, — это ненормально. Чем дольше он наблюдает, тем сильнее убеждается. Лиллиан права. Неприятно осознавать, но она не лжет. Митчелл не лжет. У Райли проблемы.
— Бери, — Дилан заставляет. Янг принимает таблетку только потому, что знает, что это обычное лекарство на основе валерьяны. Девушка кладет её на язык, открывая бутылку с водой, и делает шаг в сторону:
— Там мои записи для контрольной…
— Не нужно, я помогу тебе, — и опять резкая перемена в настроении. Слова Дилана вызывают улыбку. Райли пьет воду, глотая таблетку, О’Брайен закрывает шкафчик, хмуро командуя:
— Идем, — шагает спиной, наблюдая за тем, как с неприятием Янг проглатывает таблетку, последовав за ним, и пальцами осторожно вытирает губы от влаги:
— Ты поможешь мне? — нет, Дилан не станет отмечать её нестабильность в проявлении эмоций. Он видит её улыбку, пока ещё натянутую. Ему стоит прекратить поражаться столь внезапным переменам. Это её болезнь, и если парень будет открыто заявлять о ненормальности, то это может обидеть Райли.
Финчер шагает за О’Брайеном. Тот пытается скрыть смятение и ответить непринужденно, будто ничего больного она не проявляет:
— Почему нет? — сует ладони в карманы, разворачиваясь, и Райли нагоняет его, идя в ногу:
— Ты, конечно, неплохо поднялся по учебе, но на место под солнцем не зарекайся, мой юный падаван, — шутит, но тон её голоса немного скачет от комка в горле, который не удается проглотить.
Дилан усмехается, отбирая у неё бутылку:
— Ты смотрела «Звёздные войны»?
— Я фанат первых трех частей, — уверенно шагает рядом, сворачивая в кабинет, не бросив даже косого взгляда на Остина, что продолжает стоять у порога и разговаривать с друзьями. Никакого интереса к блондину, который провожает её взглядом, уловив легкую красноту в глазах бывшей подруги. Плакала? Переводит хмурое внимание на О’Брайена, а тот не отвечает, сосредоточив взгляд на затылке девчонки. Проходит за ней в кабинет. Игнорирует смешки упырей. Они частенько шутят на тему общения Дилана с Райли. А остальные, поддаваясь влиянию Остина, просто косятся с укором. Даже учителя.
Янг замечает внимание. Ладно. Сейчас в её интересах только терпение, ибо глотку до сих пор жжет. Было бы ужасно разрыдаться прямо здесь. Девушка занимает свою парту, не думая о том, что Робб и Остин по-прежнему сидят перед ней. И не особо реагирует на то, что Дилан занимает парту Агнесс. Наверное, она привыкает, что постоянно крутится рядом. Райли даже рада. Значит, он будет её раздражать своей наглостью, следовательно, она меньше будет оставаться наедине со своими мыслями.
— Эй, Дилан, — один из упырей хочет привлечь внимание парня, но тот игнорирует, садясь на стул. Райли оглядывается, искоса изучив компанию парней, над чем-то громко смеющихся.
Садится, вынув учебник и тетрадь, и поднимает глаза на дверь, когда звучит звонок. Видит Остина и Робба. Они проходят к парте, оба не выявляют никакого смятения, увидев на месте Агнесс О’Брайена. Тот проявляет свою наглость, поймав зрительно Робба, и поднимает ладонь, поздоровавшись с ним со своей наглой улыбкой. Кудрявый отводит взгляд, в отличие от Остина, он неуверенно усаживается на свое место перед партой Дилана. А тот стреляет коротким взглядом в спину Остина, но понимает, что нет толку пялиться на неприятного типа. Больше нет.
Расслабленно садится на стуле, спиной прижавшись к спинке, ладони оставляет в карманах. Искоса наблюдает за поведением девушки рядом. Она занимает себя тем, что начинает повторять материал перед контрольной. Чувствует, что находится под вниманием, поэтому поворачивает голову, удивленно поинтересовавшись:
— Ты не собираешься освежить память? — кивает на его тетрадь. Дилан хмуро пожимает плечами:
— Я всё помню.
Райли изгибает брови, хмыкнув:
— Слишком самоуверенно для такого, как ты, — листает свои записи с гордым видом. — Потом не проси помощи.
На лице О’Брайена проглядывается улыбка. Он пальцами проводит по губам, словно стирая её, и переводит глаза на Остина, ощутив с его стороны внимание. Тот отворачивает голову. Тут же. Дилан ерзает на стуле, довольно усмехнувшись.