— Какого, блять, черта?! — поднимает голову, со злостью врезаясь взглядом в парня. — Ты рехнулся?!
О’Брайен успевает перехватить запястье Финчер, которая рвется прочь. Он помнит — ее не стоит отпускать. В таком состоянии, она просто сбежит, а найти ее ночью на улице будет тяжело, поэтому держит. Даже пальцами обеих ладоней, ибо Райли вырывается, без остановки хныча о том, что не хочет «думать».
— Что ты делаешь?! Ей надо в комнату! — Митчелл делает большой шаг к ним, но Дилан выставляет вперед ладонь, загородив собой девчонку, безумно колотящую его кулаком по спине:
— Отпусти! Отпусти!
— В подвал?! — О’Брайену удается терпеть побои. В крови происходит вспышка адреналина, помогающая справиться с восприятием ярого избиения со стороны Янг:
— Не хочу! — кричит, вертя головой. — Отпусти!
— Она успокоится там! — Митчелл собирается толкнуть парня к стене, но тот пихает его в грудь, делая шаги назад, так как Райли рвется прочь из темного коридора, практически опускаясь на колени, ногами упираясь в порог гостиной.
— Ты ебанутый в край! — Дилан не выбирает выражения, развернувшись, и рывком поднимает девушку с колен, схватив под руки:
— Идем, — старается понизить тон голоса. Контакт с ней должен быть спокойным, иначе она не придет в себя.
— Не хочу! — Янг бьет его руками, и парню приходится насильно развернуть ее спиной к себе, перехватить руки, прижав их к ее груди. И сдерживать:
— Райли, тихо, — шепчет, еле выводя из коридора. Лиллиан спокойно стоит у окна.
Наблюдает. Янг мычит, крутит головой, активно противостоит Дилану, уже не разбирая, кто по-настоящему желает ей навредить.
— Видишь?! — Митчелл выскакивает за ними, указывая на кричащую девушку, что с агрессией наносит ногой удары по всем предметам, встречающимся на пути. — Ей нужно успокоиться!
Мужчина грубым движением разворачивает парня к себе, сдержав за плечо, и тот тормозит, дернув им:
— Иди к черту! — в поле зрения Финчер попадает отец, и она рычит, с кулаками кинувшись в его сторону, но О’Брайен крепко держит, оттаскивая к двери. — Идем, Райли.
Митчелл хочет сорваться за ними, наконец, показав парню, кто имеет власть в этих стенах, но его парализует от дикого вопля, который издает девушка, отпираясь в руках Дилана:
— Придурок! — в помутненном рассудке всё заполнено ненавистью. — Это не твой дом! Ты не имеешь права! — выворачивается из хватки О’Брайена, но ей не удается далеко убежать. Он кидается за ней, вновь обхватив руками живот и дернув от пола, из-за чего девушка теряет контакт ногами с паркетом. Митчелл тяжело дышит, хмуро смотрит на извивающуюся дочь, и его страх вызван далеко не боязнью получить увечья от девушки.
Дело в том, как она выглядит. Как ведет себя. Перед ним словно его покойная жена. Райли до безумия похожа на нее. Прямо сейчас. Вот, что вызывает дрожь в груди.
Янг пихается, и Дилан с трудом справляется с ней, подводя к порогу:
— Райли… — его руки горят. Кожа исцарапана, искусана, побита.
— Не имеешь права! — она кричит хрипло, срывая голос. — Ты не сделаешь этого! — и резко переводит обезумевший, не естественный для себя животный взгляд на Лиллиан, хватаясь руками за дверной косяк:
— Пошла ты! Пошла ты! Ты бешенная сука! Ты всё рушишь! Отнимаешь моё! Всё, что принадлежит мне! Не смей!
О’Брайен морщится, дергает ее из гостиной, ногой толкнув дверь, что с грохотом закрывается, ограждая их от мира взрослых. Парень тяжело дышит, наивно рассчитывая, что теперь будет проще вразумить девушку, но та пользуется его секундным расслаблением, резким движением ударив локтем в лицо.
— Черт! — Дилан прижимает ладонь к виску, сжавшись, а Райли вырывается из хватки, вынуждая парня отбросить стрессовую скованность. Девчонка рыдает, прерываясь на рычание и кашель, бросается к кухне, крича:
— Ублюдки! — толкает двери, не тратит время на обдумывание, когда начинает творить хаос: носится по помещению, сбрасывая всё со стола, опрокидывая его к чертям, выдвигает ящики, рывками отбрасывая содержимое, после чего хватает посуду, с яростью разбивая о стены, кружки летят в окно. Дилан пальцами щупает грудную клетку под слоем одежды. Его сердце ноет от такого эмоционального скачка. Стоит на пороге. Ему необходимо время отдышаться, иначе боль возьмет верх. Тогда он не будет способен что-либо сделать. Не вспотел. Но до ужаса бледный. Внимательно следит за хаотичным передвижением девушки, замечая, как ее ладони режутся в кровь от осколков посуды, что она поднимает с пола, бросая в стороны. И кричит. Просто кричит, рыдая. Парень успевает осознавать истинный вес проблемы. Он толком не знает, что произошло, но если Райли так реагирует, то что произойдет с ее организмом, когда она узнает о матери? Невольно сжимает баночку таблеток в кармане. Он всегда носит ее лекарство с собой, надеясь, что ему не придется их использовать. Но, увы. Кажется, у него не остается вариантов.
Янг плачет, прижимая больные ладони к щекам, и, видимо, агрессия начинает лишать сил, оттого девушка не может нормально стоять на ногах. Она, хватаясь за ножку стола, приседает на пол, поджав колени. Сидит на боку, оставляет алые следы на лице, пытаясь смахнуть слезы. Не может прекратить. Ее изводят эмоции.
И приходит слабость.
Ерзает на месте, руками то обнимая живот, словно что-то внутри него копошится, принося боль, то накрывает ладонями лицо, то вытирает слезы. Но уже не носится. Уже не пытается разнести всё на своем пути. Сидит. Мычит.
Дилан ждет. Не шевелится, пока ее сбитое дыхание не приходит в норму, но оно такое же тяжелое и хриплое. Парень тихо прикрывает дверь кухни, с подозрением относясь к бездействию Митчелла. Взрослые не выходят из гостиной.
Следит за Райли, скрывающей свое лицо в ладонях, опустив голову. Проходит по кухне, переступая через осколки. Берет оставленный в раковине стакан, набирая воды из-под крана, ведь фильтр давно покоится на паркете. Ставит кружку на тумбу, вынимает баночку таблеток. Чувствует ли разочарование? Да. Но слышать, как изнемогает Финчер, еще невыносимее. Она с мучением сжимает веки, запуская пальцы в волосы, и тянет их в стороны, будто физическая боль остановит эмоциональную изжогу.
Не остановит. Только усилит. Девушка хнычет, что-то шепча, но ее слова тяжело разобрать. Дилан сглатывает, высыпая одну таблетку, и прячет ненавистную баночку, выдохнув в потолок. Его руки до сих пор трясутся, а в коленях вибрирует от слабости. Оборачивается, взяв стакан, и направляется медленным шагом к Янг. Осторожно. Тихо. Приседает на одно колено напротив. Девушка всё еще прячет лицо, шмыгая носом. Он ждет. Чем скорее она примет лекарство, тем быстрее ей полегчает. О’Брайену мерзко придерживаться данной мысли. Выдавливает из себя с внутренним противостоянием:
— Райли?
Она мычит, активно качая головой, и сильнее давит ладонями на своё лицо, ниже опуская голову.
— Прими витамины, — настаивать отвратно. Дилан наклоняет голову, стараясь рассмотреть лицо девушки:
— Тебе нужно…
— Я хочу домой, — ее голос сбивается, тон скачет из-за неровного дыхания, что вновь начинает одолять при попытке говорить. Райли трет веки, не может избавиться от слез, поэтому движения влажных ладоней не имеет конца. О’Брайен хмурится, обдумывая полученную просьбу. Домой? Но она и так…
Понимает. Догадаться не трудно. Парень покусывает внутреннюю сторону щеки, принимает решение быстро. Всё равно с Янг не наладить контакт, если не станешь выполнять требования. Райли хочет домой. Дилан отвезет ее, но с условием.
— Прими таблетку, — ровным тоном настаивает. — Тогда я отвезу тебя домой.
Финчер не способна дать вменяемый ответ. Она по-прежнему задыхается, не справляясь с эмоциями. Парень садится в позе йога напротив, не торопит, беззвучно стуча пальцем по поверхности стакана. Приходится ждать. Долго. Он не смотрит на время, но бросает напряженный, сердитый взгляд в сторону двери, когда слышит, как из гостиной выходят взрослые. Они о чем-то шепчутся, направляясь к лестнице, правда, парень не находит себе покоя в стенах дома. Возможно, и Райли будет куда лучше какое-то время не видеться с отцом.