Эмма очнулась, когда ее тело снова взвыло от боли, после того, как ее тело ударилось о промерзший асфальт. Вокруг смердило помоями и было холодно, будто во сне, она видела, как мимо пронеслись красные огни задних фар, через мгновение исчезнувшие в темноте. Левый глаз заплыл от гематомы, а правый видел с каким любопытством на запах крови стали сползаться тараканы и крысы. Эмма чувствовала, как эти твари ползают по ее телу и молилась, чтобы кровь вытекала из нее быстрей. С каждой минутой, слабость подползала все ближе, начав с кончив пальцев ног, подбираясь к бедрам, дальше к животу… Она знала, только онемение коснется головы, боль отступит, проиграет и захлебнется от своей жадности.
Рядом послышались шаги. Это не крыса и не собака. Кто-то крупнее… Шаги смолкли и тут же Эмма почувствовала прикосновение пальцев к своей шее. Снова звук шагов, будто кто-то убегал прочь…
Правильно. Беги!
Не стоит мешать смерти, укрывать свою жертву одеялом покоя, которое костлявая уже дотянула до ребер.
И вот, теперь Эмма стояла перед домом человека, который своей необузданной и неоправданной злостью заразил и ее словно неизлечимой болезнью.
Эмма вздохнула с облегчением, ведь это был последний день мучений — невероятно прекрасный и долгожданный.
С утра она не отказала себе в чашке крепкого кофе. На двери номера красовалась табличка «Не беспокоить», которую девушка повесила сразу после того, как ей принесли завтрак. Не зазрения совести выкурила несколько сигарет подряд, стоя в толстом белоснежном халате в распахнутых дверях балкона
Второй этаж отеля «Плаза» с видом не Центральный парк был выбран не случайно. Из него легко можно было перебраться в соседний номер, который Эмма забронировала заранее на вымышленное имя, оплатив наличными. Ключ от дверей был в ее распоряжении и она успела отрепетировать свой план побега от Руди несколько раз.
Увидев знакомую папку в руках Хьюго на благотворительном вечере, Эмма сразу догадалась, что сегодня вся правда откроется и подозревала, что Ллойду, каким-то образом удалось заинтересовать алчного итальянца. Именно это подстегнуло Эмма столь поспешно покинуть благотворительный вечер, не теряя ни секунды.
Сославшись на усталость, девушка вернулась в отель, зная, что Руди не отойдет от дверей ее номера, пока не приедет Селестино. Быстро переодевшись в удобную неприметную одежду, Эмма забрала приготовленный заранее рюкзак, где лежал пневматический шприц с цианидом и набор начинающего медвежатника. Она с легкостью перебралась в соседний номер, сбросив с балкона веревку, чтобы сбить Руди с толка и направить его поиски по ложному следу.
Когда послышалась суета, Эмма выглянула в окно и увидела, как Грандер внимательно осматривает балкон, его взгляд метнулся к темным окнам, соседнего номера, откуда она за ним подсматривала, но ее расчет был верным и телохранитель треснув кулаком по мраморным перилам скрылся, чтобы через минуту оказаться на улице. Эмма видела, как он спрашивал швейцара, размахивая руками и показывая пальцем на свисающий конец веревки, парнишка в ливрее растерянно махал головой.
Момент настал и девушка выбежала из номера и спустилась по лестнице до подземной парковки. Черный Порше «Каррера» блеснул фарами и ретиво дернувшись от резко вдавленной педали газа, пулей вылетел из ворот. Руди увидел знакомую машину и со всех ног бросился к припаркованной «ауди», но ключ в замке зажигания повернулся без знакомого щелчка и на приборной панели не загорелась ни одна лампочка.
— Черт! — выругался мужчина, догадавшись, что его подопечная что-то намудрила.
Быстро подняв капот Рутгерт заметил, что была выдернута одна свеча и вернув ее на место, вернулся за руль и еще раз повернув ключ. Мотор послушно заурчал, но особого оптимизма Грандер не почувствовал. Он упустил драгоценное время. Эмма лихо управлялась с гоночным автомобилем. Самое главное сейчас было успеть по адресу, который продиктовал ему Хьюго.
Эмма не стала медлить и поднялась по ступенькам, прислушиваясь к звукам и шорохам. Улица была безлюдной и дом был плохо освещен снаружи все тем же одиноким фонарем, в окнах не горел свет и судя по всему его обитатель спал.
У нее было мало времени и не теряя ни секунды, Эмма нажала на дверную ручку, чтобы убедиться, что дверь заперта. Присев на колено, она достала из рюкзака набор отмычек, который нетрудно было найти, а широкий выбор обучающих роликов в Интернете и несколько дней практики позволили справиться с нехитрым механизмом замка, меньше чем, за пару минут.
Дверь послушно отворилась, благо, что без скрипа. Эмма затаила дыхание, чувствуя, как от нетерпения все сильнее накатывает страх и как ни странно радость, словно знала, что сегодня ей дадут лекарство от ее неизлечимой болезни.
Внутри было темно, тихо и жутко воняло, словно где-то за стенкой сдохла крыса — тошнотворный и сладковатый запах заполнил нос, вызывая рвотный рефлекс. Страшный беспорядок царил с гостиной, от чистоты, за которой так тщательно следила Дебора Смитерс не осталось и следа. Расположение предметов мебели практически не изменилось и Эмма тихонько обошла комнату, заглянув на кухню и убедившись, что так никого нет. Значит, Джейсон был наверху.
Стараясь не опрокинуть гряду пустых бутылок и жестяных банок из-под пива, она наступила на что-то мягкое и огромным усилием воли сдержала крик и желание убежать отсюда побыстрее. Оказавшись на лестнице, девушка быстро поднялась на верх, скрипа старых деревянных ступеней невозможно было избежать и чтобы не растягивать предательский звук, она легко проскочила их перепрыгивая сразу по две ступеньки.
В коридоре, который разделял две спальни, она снова прислушалась в надежде услышать храп, но кроме бешеного стука своего сердца ничего не услышала. Приготовив шприц, Эмма сделала глубокий вдох и скривилась. Похоже что крыса сдохла где-то поблизости, потому что мерзкий запах только усилился. Тошнота накрыла с новой силой и Эмма стала дышать через рот.
Она сразу направилась к комнате Смитерса и повернула дверную ручку.
Мужчина лежал на кровати и похоже крепко спал, потому что раздавшийся скрип ничуть его не потревожил. В комнату едва пробивался свет от фонаря с улицы. Ощущая дрожь в ногах, Эмма стала медленно подходить к кровати. Все оказалось слишком просто…
Оставалось только протянуть руку и замахнуться получше, чтобы игла пронзила кожу, даже если он проснется, яд меньше чем за минуту, распространится в крови, гарантируя необратимую смерть.
Но вдруг Эмма нахмурилась и внимательнее присмотрелась, глаза настолько привыкли к полутьме, что она недоверчиво покачала головой, попятилась назад и зажала рот, чтобы не закричать.
За окном мелькнули фары машины, которая явно неслась на огромной скорости, послышался пронзительный визг колес, который бывает при резком торможении, секундная тишина.
Ллойд выбежал из машины и поднявшись по ступенькам дома, увидел, что дверь слегка приоткрыта. Сердце пропустило удар и ужас сковал разум. Он забежал внутрь, нащупал выключатель, чтобы осмотреться и тут услышал тихие всхлипы, будто кто-то плакал, они доносились со второго этажа. Задыхаясь от волнения, Грэнсон побежал на звук и ворвавшись в комнату не сразу понял что там происходит.
Здесь жутко воняло падалью, создавая отвратительный контраст со свежим воздухом с улицы настолько сильный, что Ллойд почувствовал, как у него заслезились глаза. Выключатель щелкнул и спальню осветила одинокая лампа открывая жуткую картину.
Эмма закрыв голову руками, сидела на полу, поджав колени, ее сильно трясло и Ллойд бросился к ней, хорошенько встряхнул и заставил посмотреть на него.