А ты оставил нам выбор? — прозвучал глухой низкий голос Ллойда.
Тебе — да, а вот — им, — Хьюго небрежным жестом указал на Оливию, Стивена и Виктора. — Им, увы, нет.
Я согласен.
Чудесно! — Хьюго громко хлопнул в ладоши, отчего Оливия и Блэринсон вздрогнули, Мэдсен моргнул от неожиданности, а Эмма будто и не услышала резкого звука.
Все также глядя за плечо Стивена, она источала только холодное безразличие, что Ллойд почувствовал неодолимое желание, подойти к ней и хорошенько встряхнуть.
Да, но и тут у меня небольшое условие. Тебе помогать будет, моя ненаглядная Кейто. Внешний вид фасада, полностью на ее совести. На разработку концепции даю два месяца. Дорогая, если не уложишься в срок, я потеряю лакомый кусок для своего бизнеса… Да, друзья мои, если по вине Эммы, проект застопориться, то вы получаете этот заказ на своих условиях и я снимаю блокаду в департаменте. И да, мое сокровище не обижать. У Эммы свободное посещение. Давить на нее не следует, контролировать тоже не стоит. Об этом я сам позабочусь. Боже, как интересно! Ну, так что? Виктор ты уходишь со сцены?
Разумеется, — Виктор утвердительно кивнул и Оливия почувствовала, как к горлу подступает ком.
Стивен? Ты же так рвался к единоличному руководству компанией, — Хьюго не скрывал степени осведомленности о положении дел в «Грэнсон корп». — Радуйся, у тебя будет шанс показаться себя!
Выпрямившись в кресле, Стивен немного ослабил узел на галстуке, который словно душил его и стараясь не смотреть на Эмму он кивнул.
Я согласен.
Прекрасно! Прошу всех ознакомиться с договором. Разумеется это надо отдать в руки ваших юристов, даю время до завтра.
Хьюго засиял от нескрываемой радости, в то время как на лица его оппонентов было страшно смотреть.
Как там говорится? Бойтесь своих желаний. Да, Стив?
На этих словах взгляд Эммы вдруг ожил и глаза загоревшись медленно уставились на Стивена, а левый уголок ее рта медленно пополз в сторону. Жуткое зрелище не скрылось ни от кого и Оливия повернула голову, чтобы взглянуть на младшего сына.
Он едва подавлял дрожь в своем теле, пока мертвые, неподвижные, зеленые глаза Эммы на мгновение позволили заглянуть в ее душу, а та ликовала и плавала в едком океане боли и злости. Стивен почувствовал, как по его спине ползет холод страха и ужаса, тут вспотели ладони, а язык онемел.
Эмма поднялась и вышла первой, Хьюго шел рядом и едва прикасаясь к ее спине, сиял как новогодняя гирлянда.
Селестино покинул зал со своей свитой, а оставшиеся не смели пошевелиться, будто их опутали взрывчаткой и любое мало мальское движение могло стоить им жизни. Резко подскочив со стула так что тот с грохотом упал, Ллойд торопливо вышел из зала, едва не оторвав дверную ручку.
19 глава
Двери лифта почти закрылись, когда в просвет резко втиснулась рука. Механизм створок сработал и покорно распахнулся обратно. Хьюго с удивлением уставился на Ллойда, у которого разве что огонь из ноздрей не вырывался. Грэнсон совсем не запыхался и его грудь спокойно поднималась и опускалась от размеренных глубоких вдохов и выдохов.
Но Ллойд буравил взглядом только Эмму, будто кроме нее в лифте больше никого не было.
— Ты что-то забыл Ллойд? — Хьюго постарался скрыть раздражение. Ему совершенно не нравилась внезапно пронзившая догадка, что Эмма ему слегка недоговаривала на счет ее знакомства с семейством Грэнсонов. Тем не менее она была спокойна и ее невозмутимость заметно разбавляла усталость от долгого перелета.
Проигнорировав вопрос Селестино, Ллойд с силой приложил руки вновь к съезжающим дверям лифта.
— Эмма, — в его голосе звучала чуть ли не мольба и Хьюго уже не стал скрывать своего удивления. Вздернув вверх брови, с застывшим вопросом на лице он повернулся к девушке.
— Мы можем поговорить?
Мэдсен и Блэринсон не выказывали тревоги и старательно пялились куда угодно, но только не на Ллойда.
— Ллойд она слегка устала, может в другой раз? Поверь у вас двоих будет уйма времени для разговоров, — Хьюго искренне не понимал почему Эмма молчит и это окончательно завело его в тупик.
Ее замершая фигура пришла в движение, она повернула голову, посмотрела на Хьюго и утешающе провела ладонью по его плечу. Не веря своим глазам Ллойд видел сколько теплоты было в этом простом жесте. Там было много всего и лицо Хьюго тут же смягчилось.
— Я догоню, дорогой, — ее тихий, мягкий голос прозвучал словно колыбельная, а черты лица на мгновение преобразились прогоняя тревогу и скользкие мысли из головы Хьюго.
«Дорогой?»
То, как обратилась Эмма к циничному итальянцу и какую метаморфозу претерпел его облик от этой нехитрой ласки, поразили Ллойда до глубины души.
Отступив на шаг назад Ллойд ждал пока Эмма выйдет из лифта. Уже в следующую секунду она вновь превратилась в подобие манекена, не сводя застывшего взгляда с лица Грэнсона дождаяась пока двери лифта окончательно сомкнуться.
Они стояли друг напротив друга и никто не решался заговорить. Точнее Ллойд не решался. Эмма наклонила голову и ее губы иронично изогнулись.
— Слушаю тебя. О чем ты хотел поговорить?
— Что это за цирк был? — Ллойд чувствовал, как его душит изнутри ярость и старался держать себя в руках, но слова все равно слишком громко прогремели в пустом коридоре.
— Как грубо! — усмехнувшись, ответила Эмма, всем своим видом показывая, что ее одолевает скука.
— Ты исчезла два года назад, ни потрудившись даже сообщить, что с тобой и где ты.
— Тебе?! А кем ты был для меня?
Что-что, а издевательской усмешки Ллойд не ожидал.
— Я искал тебя, — отбросив гордость искренне признался Ллойд, его голос прозвучал тихо и в этот момент ирония схлынула с лица Эммы.
— Какой смысл сейчас говорить об этом? Если разговор должен пойти именно в этом ключе, то не вижу необходимости его откладывать, тем более что он не будет долгим, — Эмма покачала головой и на секунду закусив губу, устало закрыла глаза и встряхнула левую руку, будто она у нее занемела. — Давай-ка мы перешагнем стадию отрицания и обойдемся без лишних и совершенно ненужных слов и перейдем к тому моменту, когда ты начнешь считать меня редкостной дрянью.
— Ты шутишь?
— Похоже, что я шучу?
Эмма выдала сказанное без тени сарказма, несколько раз сжав и разжав пальцы на левой руке.
— Но почему? Что с тобой случилось?
— Случилось то, что люди меняются и это единственно абсолютная истина, которую тебе нужно уяснить. Именно это и случилось со мной. Раньше я била себя грудь и кидалась на амбразуру, когда слышала, что деньги меняют людей до неузнаваемости. А теперь… Теперь я живое доказательство этому утверждению. Вот и все объяснение! Со мной не случилось ничего сверхъестественного и если ты надеешься на восхищенное хлопанье ресниц с моей стороны, всякий раз, как ты будешь появляться рядом, то, увы, эта опция тоже теперь недоступна. Той Эммы больше нет. Если тебе не хватает в жизни переживаний и трагичности, можешь считать, что она почила с миром, пустить скупую мужскую слезу и с чистой совестью ненавидеть меня. Ну, или как там принято у новоиспеченных коллег поневоле? Ведь ничего не было, Ллойд, о чем стоило бы убиваться. И я искренне сомневаюсь, что ты не спал и не ел эти два года, с тоской всматриваясь в горизонт, ожидая меня.
— Ты уверена? — Ллойд дал ей последнюю попытку обдумать высказанные слова.
— Да.
Она это сказала с холодной уверенностью, снова склонив голову, как это делают дети, когда устают от затянувшихся нравоучительных речей взрослых.
— Хорошо. Ну, что ж… В эту игру можно играть вдвоем.
Ллойд чувствовал, как его начинает трясти от злости, а невозмутимость Эммы только подливала масла в огонь. Она стояла так близко, что он чувствовал тепло исходящее от ее тела и тонкий аромат духов.
— Как угодно.
Эмма развернулась и нажала на кнопку вызова лифта. Стоя неподвижно она ждала звука удаляющихся шагов, но в коридоре воцарилась полная тишина и Эмма буквально чувствовала затылком горящий от бешенства взгляд Ллойда, который так странно было игнорировать.
Молча зайдя в лифт, Эмма повернулась лицом к дверям и не отвела взгляда от пронзительных глаз мужчины, который готов был придушить ее в этот момент голыми руками. Ллойд отчетливо читал на красивом лице этой женщины стойкое безразличие и не мог поверить в подобный исход его долгого ожидания и поисков. В голове роились слова, которые осторожно и не очень высказывали его родные и друзья, слова о том, что, возможно, Эмма не хотела, чтобы он ее нашел, просто потому что Ллойд Грэнсон был ей не нужен.