- Извините, миссис, но Вы положили себе два грейпфрута, вместо одного.
Вежливый продавец внимательно смотрел на неё.
Леда покраснела:
- Да, но я тут задумала по старинному рецепту…
- Сожалею, но у Вас серая карточка, - вежливо, но непреклонно ответил продавец, отмечая что-то в своём журнале. Он выпрямился и отдал Леде её карточку – маленький серый прямоугольник из лощёного картона. – Я не могу нарушать инструкцию. Сегодня Вам положен только один грейпфрут. Приходите завтра, и мы с радостью продадим Вам ещё один. С Вас тридцать два пятнадцать.
- Спасибо, завтра не надо, - пробормотала Леда, отсчитывая деньги и собираясь уйти.
- Вы позволите? – раздался за её спиной приятный мужской голос.
Леда обернулась. Перед ней стоял Стив – подтянутый тридцатилетний мужчина с приветливым взглядом. Синие глаза, коротко стриженые русые волосы, приятная белозубая улыбка. Спортивная сумка на плече.
- Слава Правительству! – поприветствовал Стив.
Леда и продавец ответили таким же приветствием. На левой стороне груди у Стива красовался синий значок в форме развивающегося на ветру знамени. Леде, продавцу, да и вообще всем окружающим было понятно, что означает обладание этим значком. Стив принадлежит к прослойке тех уважаемых людей в обществе, которых официально именуют нейродерами, но в народе называют проще – Синие Значки. Они – глашатаи Правительства, проводники его политики в массах – по месту жительства или работы. Их можно встретить в любых учреждениях, на заводах и фабриках, в каждом жилом секторе. Вообще, он неплохой человек, этот Стив. Живёт по соседству, и уже не один раз помогал Леде спускать коляску с младенцем по ступенькам. Очень внимательный, приятный. Может быть, Рэйд от этого и не пришёл бы в восторг, но он далеко, в командировке, а Леде одной трудновато, и некому бывает помочь. К тому же Стив внимателен не только к ней, но и ко всем вокруг, ну, к ней, может быть, чуточку больше. Но она же не виновата в том, что способна многим нравиться. На неё, вон, и на улицах оглядываются незнакомые мужчины. Что из этого?
Стив достал из кармана свою покупательскую карточку – она была синего цвета – и протянул её продавцу:
- Грейпфруты, пожалуйста, даме.
- Ах, не надо, что Вы, - вспыхнула Леда.
Продавец сделал отметки в журнале:
- Синяя карточка – два грейпфрута.
- Я ни в чём не нуждаюсь, извините, - проговорила Леда, взяла свою корзинку и пошла к выходу.
Стив догнал её на улице.
- Простите, я хотел от чистого сердца.
- Не ставьте меня в неловкое положение.
- Не сердитесь, прошу Вас, - продолжал он огорчённо.
Она искоса взглянула на него. Похоже, он и в самом деле переживает. Стив протянул руку к её корзине.
- Вы позволите Вам помочь?
Ну хорошо, в самом деле. Пусть тащит. Они пошли чуть медленнее.
- Как Ваш малыш?
- Спасибо, - коротко ответила она.
- Я в смысле… родничок на головке ещё не затянулся?
Леда с сомнением взглянула на него – продолжать ли эту тему? Она помнила об их предыдущем разговоре и неожиданном предложении Стива. Она и сама раньше не раз задумывалась, не сделать ли так, как теперь предлагает Стив. Но Рэйд будет против, это однозначно. Никаких синих кабинок, никаких облучений, говорил он. Дети должны развиваться естественным образом. Так-то оно так, но время уже давно показало, что никакого вреда не наносится. Посмотрите хотя бы на этого здоровяка Стива, стоящего сейчас перед ней. Сильный, высокий, гладкокожий. Конечно, и её Рэйд далеко не хилый, очень даже не хилый, ещё неизвестно, кто кому намылил бы шею. О господи, о чём это она? Да она просто не допустит подобной ситуации и никогда не даст повода. Это исключено, Рэйд её любимый и единственный мужчина, это однозначно, на всю жизнь. Но дети после синих кабинок вырастают и становятся Синими Значками, элитой общества. Что там говорить, равноправие равноправием, но эти Синие Значки, они ведь всё равно на другой ступени, все же это видят и понимают, они выше, они имеют многое из того, чего нет и не будет у остальных. Все престижные должности, все тёплые места. Директора, начальники, редакторы, чиновники – везде Синие Значки. Что-то ей не приходилось видеть или слышать хотя бы про одного шофёра или шахтёра с синим значком на лацкане рабочей куртки. Но удивительно – нейродеры никогда никого не раздражали, они вызывали лишь всеобщее уважение. Их даже любили. Леда видела по телевизору их партийные съезды в Вашингтоне. Нет, эти прямые трансляции из столицы её в общем-то не сильно интересовали, как и многих других обывателей, но она не могла не отметить, насколько они там все уверенные, подтянутые, с хорошо подвешенными языками, источающие силу, спокойствие и вместе с тем – приветливость. Да, приветливость, на которую очень трудно не откликнуться. И любой оратор на трибуне её практически завораживал. Ну хорошо, Рэйд, её любимый Рэйд, он умница, он талантливый учёный, он многого добился своей светлой головой, но он… он… Он по сути одиночка, исключение, вот кто он. Да к тому же упрямый идеалист. Одиночку всегда можно сломать, если понадобится. Конечно, никто его ломать не собирается, не те сейчас времена, но надо думать о будущем сына. И трезво смотреть на вещи. Дети далеко не всегда идут по стопам родителей, не всегда генетически наследуют их талант и способности. А разве как мать она не хотела бы блестящего будущего своему сыну? И разве не её материнская любовь сейчас заставит её отбросить последние сомнения и сказать «да». Пока не поздно, пока у малыша не затянулся родничок. И потом, в этот синий клан не так-то легко попасть. Квоты, блаты и закрытые списки. Многие мечтают, да только мечты так и остаются мечтами. Надо быть благодарной судьбе за то, что рядом оказался такой внимательный и добрый человек, как Стив. Он сможет и готов помочь.
- Вы знаете, Стив, спасибо Вам большое, но я пока не готова обсуждать эту тему.
Он понимающе кивнул. Они остановились у её дома. Стив потянулся рукой в свою спортивную сумку и достал грейпфрут.
- Давайте всё-таки по-справедливому. Один Вам, один мне.
Положил грейпфрут в корзину, протянул её Леде и взглянул в глаза. Она взяла корзину. Словно неясная смутная волна пробежала где-то в груди. Нет, недаром болтают, что у этих Синих Значков развивается особая способность к внушению. Она не хотела брать этот чёртов грейпфрут (или всё-таки хотела? – вот, чёрт, что за путаница в голове!), но вежливо, через силу улыбнулась:
- Спасибо. Вторым, я полагаю, Вы угостите свою жену? В её положении это будет как нельзя кстати.
Он вспыхнул, приблизил к ней лицо, глаза полыхали синим огнём:
- Она грейпфруты не переносит, считает их слишком горькими. Да, мы с женой ждём ребёнка, и уж поверьте, я намерен стать замечательным отцом. Я не альфонс. Но Вы мне приятны, симпатичны, говорю откровенно. Я буду считать за счастье делать для Вас всё, что в моих силах.
Она растерялась, не знала, что отвечать. И тут из окна до её слуха донёсся телефонный звонок. Настойчивый, требовательный. Боже мой, да этот же звонит Рэйд!
- Извините, я пойду, - скороговоркой произнесла Леда.
Она взбежала по ступенькам к подъезду, её ноги зачастили по лестничному пролёту на второй этаж, она буквально влетела в квартиру, но когда схватила с рычага чёрную пластмассовую трубку, то услышала короткие звонки отбоя.
Не успела! Если бы не этот Стив со своим грейпфрутом, то она сейчас бы услышала голос Рэйда. Чёртов Стив! Чёртов грейпфрут!
Расстроенная, она швырнула трубку на рычаг. Медленно, раздумывая, подошла к корзине, и вот уже грейпфрут оказался в её руке. А другая рука пошире распахивает оконную раму.
Стива на улице уже не было. Двое незнакомых мальчишек, о чём-то споривших, размахивая руками, поравнялись с окном.
- Эй, ребята! – крикнула им Леда. – Ну-ка проверим, какие вы ловкие.
Швырнула со всего маху, и изумлённые мальчишки мигом изготовились, изловчились – хоп! – и большое, оранжевое, тропическое чудо, свалилось к ним будто бы не из окна, а с самих небес.