Мой взгляд зацепился за строку с адресом. Он жил не так уж и далеко. Простой жилой квартал, один из тех, где люди утром выходят с чашками кофе, спешат на работу и жалуются на пробки. Он мог идти мимо меня на улице. Стоять в очереди в супермаркете. Смотреть в мою сторону — и я бы не узнала.
Я откинулась на спинку стула, вжавшись в неё, словно пытаясь почувствовать опору. Невозможно было сказать, что именно я ощущала сейчас. Облегчение, злость, страх, триумф? Всё это сразу. Или ничего из этого по-настоящему. Всё происходило будто в кино — холодно, отстранённо, как будто я не участник, а зритель.
Но это было моё кино. Моя история. И теперь — мой ход.
Я снова посмотрела на документы.
Джонс был осторожен. Ни судимостей, ни тёмного прошлого. Неожиданно чистый, словно кто-то тщательно вычищал за ним следы. Но всё же — его кровь на моём ноже говорила больше, чем любые базы данных. И теперь он знал, что я жива. Он знал, что я помню.
И это значило, что времени у меня почти не осталось.
Я сжала кулаки. Пальцы побелели от напряжения. Всё внутри сжималось от ярости. Я не собиралась больше быть в ожидании. Не буду прятаться. Никаких случайностей — всё, что происходило, вело к этому моменту. Моему удару. Моему шагу.
Телефон мигнул уведомлением, и сердце будто споткнулось. Но это была всего лишь рассылка с кафе, в котором я вчера заказывала кофе. Я закрыла уведомление и резко выдохнула. Адреналин снова поднялся вверх, будто тело ещё не поняло, что опасности в этот момент нет.
Мой взгляд упал на схему маршрута, которую я начертила карандашом на обороте одного из его профилей. От его дома — до заброшенного места на карте. До той самой точки, где, по данным GPS, в прошлый вторник он провёл два часа. Без объяснений. Без свидетелей. Без камер.
Что он там делал?
Слишком подозрительно, чтобы это было просто совпадением.
Я порывисто встала, сунула бумаги обратно в папку, надела куртку и спрятала в карман маленький перочинный нож. Не потому что верила, что смогу им защититься — но потому что ощущение оружия в руке придавало уверенности.
Я выйду. Не для того, чтобы напасть. Пока нет. Мне нужно увидеть. Понять. Найти слабое место. Осталось решить — сделать это ночью или дождаться утра. Но решение пришло само. Я не смогу уснуть. Значит — поеду сейчас.
Навигатор в телефоне молчал, но стрелка на экране упрямо вела вперёд — через промозглый серый город, по старой трассе, мимо складов и промзон, где дома давно потеряли названия, а улицы — своё предназначение. Асфальт местами крошился, будто город постепенно отказывался от этих мест.
Я держала руль крепко, двумя руками, но не потому что боялась. Напротив — внутри всё было кристально чисто. Холодно. Фокусировано. Никакой дрожи, ни одной лишней эмоции. Только выверенное чувство необходимости.
Я знала, куда еду. Знала, зачем. Знала, что это место может быть ничем, а может оказаться разгадкой.
Свет фар разрезал серую мареву — не совсем туман, не совсем дождь. Воздух казался вязким, будто сопротивлялся, будто сам пытался удержать меня от того, чтобы доехать до точки. Но я не сбавляла скорости. Никакой поэзии. Просто следование плану. Я посмотрела на экран: ещё шесть минут. В моей голове не было голосов. Не было мыслей о последствиях. Только образ — вырезанный, точный — серого места, перед которым Майлз стоял, по GPS, два часа подряд. Без звонков. Без сообщений. Без камер. Без объяснений.
Он не знал, что я получу эти данные. Он недооценил.
Руки на руле чуть сильнее сжались. Не от волнения — от концентрации. Я чувствовала, как остро работают все чувства. Замечала мельчайшие детали: как прерывисто дышит кондиционер, как телефон слегка вибрирует в подставке, предупреждая о повороте. Как в правом окне проносится старая вывеска с облупленной краской. Мозг будто вышел на новый уровень — каждый кадр происходящего был предельно резким, как стоп-кадр на фотоплёнке.
Две минуты.
Район начал меняться — улицы стали пустыми, дома реже, дорога хуже. Только одинокие фонари, будто по ошибке сохранившиеся здесь. Где-то слева — железнодорожные пути, справа — металлический забор, внутри которого угадывались очертания грузов и ржавых конструкций.
Я съехала с главной дороги, свернула по указанию стрелки. Машина чуть подпрыгнула на неровности. Телефон издал короткий сигнал: “Вы прибыли”. Голос навигатора оборвался.
Я выключила фары. Заглушила мотор. В салоне наступила тишина. Несколько секунд я просто сидела. Смотрела на пространство перед собой — ту самую промзону, серую, обезличенную, как и всё, что связано с ним. Исключительно логичное место для того, кто не хочет быть найденным.