Дальше я ничего не слышу, Борис выводит меня из зала и усаживает на заднее сиденье машины. Сам садится рядом. Я вспоминаю о том, что нужно дышать. Борис разражается таким матом, что у меня уши вянут.
– Ты как? – спрашивает уже спокойней, когда мы едем по трассе.
– Нормально, – отвечаю. – Ты… Ты знаешь того мужчину?
Сердце так гулко бьется внутри, что я боюсь не расслышать ответ.
– Лучше бы не знал, – цедит сквозь зубы.
– Кто он? – спрашиваю пересохшими губами.
– Адам Ибрагимов, он наемник. Человек без принципов и морали. Лучше держаться подальше от таких, как он.
Адам.
Первый.
Я откидываюсь на сиденье, все еще в шоке. Между ног мокро и тянет. Я прикрываю глаза и такое чувство, что до сих пор ощущаю прикосновения Адама… Уже не безликий мужчина. Опасный наемник. Я видела в его взгляде свой приговор. Он хочет меня. Мне страшно. Обнимаю себя руками, не в силах сдержать всхлип. По щекам катятся слезы. Я ненавижу себя. Как я могла все это допустить? Я клялась Исхаку в любви, когда он лежал в реанимации, говорила, что он для меня единственный, а сама… С другим мужчиной…
А самое ужасное, что я бы повторила снова, не раздумывая.
Слезы катятся по моему лицу, меня душат рыдания.
Я не могу, не могу, не могу…
– Лейла, – слышу голос Бориса.
Но глаза не открываю. Пусть все это прекратится, пожалуйста…
И тогда мужчина просто обнимает меня, прижимает голову к своей груди. Неловко. Неумело. Но я рада, что не одна. Я реву, цепляясь за его рубашку. Я чувствую себя отвратительно… Хотя, нет, вру. Я чувствую себя потрясающе, как никогда в жизни. Это очень опасное чувство. Нельзя так, нельзя.
– Испугалась? Ну ничего, ничего, больше такого не случится, – воспринимает мою истерику Борис по-своему.
А я теперь уверена на все сто процентов, что случится.
Со мной случится Адам Ибрагимов.
11
Глава 11
Лейла
Мне всю ночь снились кошмары. С Адамом в главной роли.
Адам.
Так непривычно, что у моего незнакомца появилось имя… Когда он был безликим мужчиной, было легче. Он не был реальным, а сейчас…
Забыть, надо обо всем забыть. Но как это сделать? Стоит остаться наедине с собой, как я вспоминаю его глаза, губы, руки… Свои ощущения рядом с ним. Меня просто сносят эмоции, которых быть не должно. Он старше. Он опасен. Он сложный. Он… Не мой. И я никогда его не стану. Не хочу.
Но как заставить себя забыть?
Наверное, нужно время…
Я встала с кровати, сходила в душ, оделась и, поймав свое отражение в зеркале, вздрогнула. Подошла ближе и в шоке уставилась на свою шею. Она была в синяках. Там, где Адам касался, он… Он заклеймил меня, поставил метку. Я была настолько поражена, что первые несколько минут просто шумно дышала. Я дотронулась до разводов на коже, больно.
Так, спокойно.
Быстро нашла консилер и стала замазывать этот ужас. Только бы никто не увидел… Я не могла надеть ничего с воротом, на улице слишком жарко. Пришлось распустить волосы. Я заставила себя не трогать шею, чтобы не привлекать внимание. Но кончики пальцев так и покалывало от желания дотронуться, словно я могла очертить его губы.
– Дура, – сказала своему отражению и вышла из комнаты.
Борис ждал на кухне. Я удивилась, увидев его. Обычно он ждет на улице.
– Доброе утро, – сказала я.
Охранник внимательно осмотрел меня с головы до ног. Я разнервничалась, вдруг по мне видно, что…
Что меня трогал мужчина?
Хватит!
– Доброе утро, Лейла, – отозвался он. – Звонил отец, мы едем домой.
Сердце бахнуло о ребра, а пульс начал набирать скорость, я похолодела и покрылась испариной одновременно.
– Зачем? – еле выдавила из себя.
Папа что-то знает? Он знает? Нет… Не может быть. Глупости. А вдруг?
– У Эдема перелом руки, носа и разбита лицевая кость, – ответил мужчина.
Я в ужасе посмотрела на него.
Не скажу, что мне его жалко, но такая агрессия! Адам дарил мне такую нежность своими руками и ими же едва не убил моего горе жениха.
Я постаралась скрыть свою реакцию и налила кофе в кружку.
– До свадьбы заживет, – хмыкнула я. – Он пожаловался своему папочке? А сказал, что первый начал распускать руки, смотри, – я показала свое запястье с уродливыми отметинами пальцев.
Борис сжал челюсть и покачал головой.
– По приезду домой я подам в отставку, прости, что так вышло.
– Что? Почему? Ты ни в чем не виноват! И это хорошо, что так все вышло, я узнала, какой он козел, а то вышла бы за него и дальше что.
– Нет, Лейла, это мой промах. Я не могу обеспечить тебе полную защиту, – настаивал охранник.
Я видела, что он действительно корит себя за случившиеся, но ведь его вины в этом нет!