— Ты так и не поняла? — отвечает он мне с усмешкой. Она, кажется, так и не сходит с его лица все время нашего разговора.
Марат, или как его там звали, пришел сюда побеждать и уйдет победителем.
— Денег у меня полно, а вот такого сладкого ротика нет, — вопреки моим ожиданиям, отвечает он.
Его прожигающий насквозь взгляд опускается на мои губы.
Крупная ладонь оставляет в покое мое бедро, но я не успеваю ощутить облегчения, потому что она тут же поднимает к моим губам. Палец ложится на мои приоткрытые от шока створки и властно проходится по нижней губе.
— Жду не дождусь, когда его на член натяну.
С этими словами мужчина нагло проталкивает свой палец мне в рот. Я даже среагировать не успеваю.
Мощный спазм возбуждения против воли сводит низ живота. Становится даже больно оттого, с какой силой скручивает.
И пока я в панике соображаю, что делать, Марат успевает пару раз погрузить палец в мой рот и вытащить его, растерев влагу по моим губам.
Я хочу его оттолкнуть, но не то, что шевелиться, а даже дышать не выходит.
Закричать?
Даже если я закричу, и мне помогут, отмыться от грязи, в которую меня окунули, будет невозможно.
Уверена, у этого мужчины достаточно связей, чтобы вывернуть все в свою сторону, доказать, что я сама крутила перед ним задницей и провоцировала.
Наверняка, есть записи с каких-то камер, как я пытаюсь попасть в клуб, а еще, что в клубе была Даша. Меня за это еще и посадят вместо него.
— Хватит! Прекратите! — все же вырывается у меня.
Выставляю ладони перед собой, упираюсь в его широченную грудь в попытках оттолкнуть.
И он там, под рубашкой, реально каменный! Я таких мужчин и не видела никогда.
Естественно, как-то отодвинуть его от себя у меня не выходить, хотя толкаюсь я изо всех сил.
— Я просто не понимаю… — удрученно выдаю. — Вам что, других мало? Наверняка, в вашем грязном клубе можете любую получить! — с безысходностью произношу я.
— Не мало, — соглашается Марат. — Любая сука мне по щелчку отсосет. Но сейчас я хочу тебя, малышка. Так что выбирай, в какой позе долг будешь отрабатывать? Сегодня позволю выбрать, — лениво произносит мужчина.
Он чувствует себя абсолютным хозяином положения.
Я на автомате замахиваюсь, чтобы зарядить по его наглой физиономии, и еще раз напомнить, что делать с ним ничего не стану. Но Марат, будто предчувствуя этот мой шаг, резко разворачивает меня спиной к себе и укладывает на учительский стол, придавливая спину ладонью.
— Ладно, хорошо. Сам выберу, — произносит он при этом. — Я люблю быть сзади. Видеть, как член в щелку вгоняю.
Господи! У меня от его слов вся кожа загорается и становится влажной. Столько пошлостей я и за всю свою жизнь не слышала.
— Пустите, сказала! — продолжаю сопротивляться я, толкая его каблуками.
А этому хоть бы хны!
Он разрывает мои тонкие летние колготки и нагло проводит пальцами по ластовице трусиков.
А у меня ноги слабеют…
— Оу, да ты уже потекла, сучка?! — победно заявляет Марат. — А я ведь только начал.
Тогда мне остается последнее. Финальный аргумент, что приходит в голову. Если не могу побороть этого урода физически, задавлю другим способом.
— Ладно, хорошо! — выкрикиваю, сдаваясь. — Вы меня раскусили! Я хочу секса с вами! Я согласна! — признаюсь и, судя по реакции моего организма, даже не вру. — Но мы же… мы же не станем делать этого здесь? Тут школа, и я…
Лишь бы послушал! Пусть он услышит!
— А ты права, учительница… — его ручища на моей спине слабеет, а вторая оставляет в покое мои трусики. — В школе как-то неприлично.
Я еще никогда не испытывала такого облегчения. Все тело мигом обмякло. Только ноги до сих пор трясет.
— Приходи в клуб к десяти. Адрес ты знаешь.
Я зажмуриваюсь, но все равно ощущаю, как я он на меня смотрит. С наслаждением, с предвкушением с дикостью какой-то. Он ведь сам как дикарь! Только с виду серьезный и интеллигентный, а, на самом деле, животное пещерное!
— Только не разочаруй меня, малышка, — предупреждает меня этот бандюган. — Разочарованный я обычно очень злой.
Глава 8
Маша
Мужчина отходит еще на шаг, а мне требуется усилие, чтобы сгрести свою распластанную тушку со стола.
Но я стараюсь держать лицо, поэтому уверенно, как мне кажется. Возвращаю на место юбку, и сдуваю с лица выбившуюся из прически прядь.
Все мое тело горит. Особенно щеки. Просто пылают.
— Охуеть, — заключает Марат, оглядывая меня. И то, что он видит, ему, определенно, нравится.