-Я купила паштет, будет сытнее – обрадовав сестру, накрываю на стол.
Набивая рот хлебом, рассказываю, что сегодня удалось выполнить план по продаже косметики.
-Долго на этой работе не задержусь – констатирую я, грустно улыбаясь. – Школьница, торгующая косметикой, особого доверия не вызывает. Попробую себя в роли почтальона. Буду разносить субботние выпуски газет.
-До первой лысой кошки – хихикнула Василиса.
-В нашем районе таких животных не встретишь. Если только кто-то не обрил своего пушистика – смеюсь в ответ, отчего сестра прыскает паштетом.
-Ты тварь, как мамаша.
Голос отца, стоявшего на пороге кухни, прозвучал дико и страшно. Натягивая растянутые джинсы, он небрежно размахивает футболкой.
-Папа, поспи немного.
Василиса, огибая меня, берет отца за руку, стараясь отвести обратно в комнату. На мои попытки успокоить его, он давно не реагирует, посылая на все возможные стороны. Мои серые глаза напоминают о матери. Но ведь я ни в чем не виновата. Это не я бросила семью, не я предала тебя, папа…
Не понимая агрессии в свою сторону, молча продолжаю обедать.
-Она деньги знаешь, чем зарабатывает? Тебе сказать? Как и мамаша, своей…
-Я поняла, пап.
Сестре все-таки удается уложить отца. Храп, доносящийся из комнаты, вырывает меня из ступора. Наверное, я все-таки плохой человек, раз даже собственный отец так рьяно пытается вышвырнуть меня из дома. Хорошо, что дедушка еще не знает, что происходит в семье.
Социальные службы редко посещают нашу семью. В основном общение происходит по телефону, чтобы поставить очередную галочку в журнале. Я не жалуюсь, так как не хочу оказаться с сестрой в детском доме. Пока есть силы и надежда на то, что мы выберемся из этой грязи, я буду бороться до конца.
Ближе к ночи, когда отцу все-таки удается уйти «по делам», просматриваю страничку Евсея в социальной сети. Как бы ненароком не поставить лайк.
Недавно зарегистрировавшись, я побоялась добавляться в друзья к одноклассникам. Лишь пара человек, относящиеся ко мне нейтрально, есть в диалогах. В основном, мы переписываемся о домашних заданиях.
Спустя пару часов мне удается уснуть. Мысли об учебе не покидают даже ночью. Завтра все-таки придется сходить в школу. Контрольную у Марии Семеновны пропускать нельзя. Надеюсь, в девятый класс мне удастся перейти. Оставаться на второй год не входило в мои планы.
***
Настоящее время
Мониторы, работающие круглосуточно, передают информацию о происходящем в здании. Обстановка накаляется. Ребятам удалось объединиться и на время засесть в укрытии. Но мужчину, не спавшего почти сутки, это крайне мало волновало.
-Птичка, птичка, вылетай – пел он себе под нос простую мелодию, придуманную на ход. Глаза, красные от недосыпа, недовольно щурились.
-Одну поймали, может, стоит рассказать о камерах, пока не поздно? – несмело поинтересовался молодой парень.
-Да-да, стоит. Погоди, это что? Где сигнал? Где камера, твою мать?
Указав на экран, мужчина жадно вглядывался в изображение парня и девушки, спрятавшихся в одном из немногочисленных укрытий.
Молодой помощник побледнел, едва поняв, о чем идет речь.
-Не посчитали нужным. Они едва помещаются в кладовой, что может произойти?
-Как раз таки и может – потерев виски, мужчина нервно застучал пальцами по колену. – Глеб может захотеть веселиться. Какая возможность упущена.
-Они едва знакомы и не могут…
-Могут! Я все рассчитал. Лике нужно это внимание. Наша задача подтолкнуть ее, вывести из роли жертвы. Вывести на эмоции. А Глеб идеально подходит для этого. Она - его птичка, это было понятно задолго до похищения. Все по плану, по плану, не отклоняясь.
Удар по столу. На пол слетает блокнот, открываясь на странице с зарисовкой ванны, в которой топят молодую девушку.
-Усложнить, нужно все усложнить, они засиделись. Пора расправить крылышки нашим пташкам.
Глава 7. Голос из динамика
Глава 7
Голос из динамика
Василиса неспеша поднесла к уху телефон, в надежде услышать хоть какие-то новости о сестре. Три дня без Лики. Три дня тишины, которую хочется нарушить одним телефонным звонком о том, что все хорошо.
Следователь ровным и спокойным голосом объясняет, что новой информации нет. Отбой. Значит, Лика может быть жива. Надежда есть. Стоит за нее держаться.
Девушка, убрав телефон в сумку, смотрит на подругу пустым взглядом.
-Нам говорят то же самое. По телевизору информации узнаю больше – накручивая прядь волос на палец, говорит Маша. – С нашего района два человека. Еще один из соседнего. А Марьяна, девчонка с черными волосами, та еще стерва. Видела как-то в компании знакомых. Знаешь, о чем я думаю? Лучше бы они сбежали, как несчастные влюбленные, чем пропали без вести.