Взглянув на спящую девушку, Миша присел рядом и облокотившись о спинку дивана, закрыл глаза.
Судьба – странная штука. Преподносит сюрпризы. Как приятные, так и не очень. Но каждый имеет свой смысл. Где же подсказка к тому, для чего он столкнулся с этими девушками? Подумать только. Ему хватило три года, чтобы Лика и Василиса стали для него родными, словно младшие сестры. Их проблемы мужчина считал своими. Давал советы. Выручал, когда девушкам было не на что купить продукты или оплатить счета.
Раздумывая, почему таким светлым людям дается столь тяжелая судьба, мужчина с благодарностью вспомнил своих родителей. Квартира, машина и бизнес – все эти подарки не испортили молодого человека, а дали толчок к действиям. Поэтому Миша решил во чтобы то ни стало поддержать девушек и не дать скатиться в грязь, из которой Лика так старательно выбиралась все это время.
Едва задремав, Миша почувствовал толчок в бедро. Повернувшись, увидел, как Василиса на четвереньках ползет в сторону ванной комнаты.
-Лисенок, тебе плохо?
-Нет, я в порядке – едва слышный голос девушки прервался, когда она упала на пол. Руки и ноги не слушались, в голове начиналась карусель, похожая на полет вертолета.
-Давай помогу.
-Нет! - Василиса со злостью оттолкнула от себя мужчину. – Я в порядке, слышишь? Какого черта я в твоей квартире? Где вино и где моя сестра? Это не справедливо, понимаешь? Она не заслужила, мой ангел… Как я без нее, я не смогу…
Миша крепко обнял рыдающую девушку. Та, в свою очередь, выплевывая маты и оскорбления в сторону жестокого мира, не пыталась унять истерику. Волосы источали запах сигарет, вперемешку с алкоголем. Руки, сжатые в кулаки, стучали по ковру. Тело содрогалось, находясь в крепких объятиях.
-Я ненавижу, ненавижу!
-Тише, тише – шептал Миша, давая возможность выговориться девушке. – Почему ты выпила, а не позвонила мне? Мы ведь обо всем договорились. Я даже Лике не говорил. Василис, так нельзя. Ты себя угробишь.
-Плевать, уже плевать. Я не смогу без нее. Этот гребаный отец… И мать такая же. Это они виноваты. Из-за них Лика пропала. Из-за них хотела торговать собой, когда работы не было. Ты же знал об этом, ты все знал. Не все такие добрые, как ты. Гребаные существа, зачем они так с нами, Миша? Что мы сделали?
Не в силах слушать горькую правду, которую девочки скрывали от посторонних, мужчина затащил Василису в ванную и не раздеваясь, залез с ней под холодный душ. Ледяные струи, вперемешку со слезами, давали облегчение, но не заглушали крики девушки, которая села на колени и сжалась в комочек. Беспомощная, не в силах помочь даже себе, она кричала, боясь, что никто не услышит. Боялась, что никто не сможет утешить и справиться с тем, что она чувствовала.
Рубашка и штаны Миши промокли насквозь. Вода стекала по темным волосам, попадая в глаза. Но он терпел, ради маленького лисенка, которому нужна была его помощь.
-Пожалуйста, прекрати это. Хватит нас мучать – без сил прошептала Василиса, прижавшись к Мише и впиваясь пальцами в его руки. Ее одежда промокла, голос сорвался, переходя на шепот, а мысли начали проясняться.
-Я всегда рядом, слышишь.
Голос Миши словно пробудил девушку. Шмыгая носом, она посмотрела на него и слабо улыбнулась. Только он видел ее истерики и мог вывести из них. Только Миша был всегда рядом, когда она срывалась. В очередной раз.
Спустя время, когда холодный душ не бодрил, а губы начали синеть, Миша отвел девушку в свою спальню, дав возможность переодеться и лечь спать.
Услышав сопение Василисы, Миша прикрыл дверь и направился в гостиную. Устроившись на диване, услышал телефонный звонок и поспешил ответить.
-Что за рыдания ночью? – послышался мужской голос в трубке. – Через стенку слышно. Опять Василиса что-то натворила?
-Не спрашивай. Не мог же я ее оставить в парке, ты же знаешь. Тем более в таком районе. Давай не будем об этом. Я безумно устал. На завтра всё в силе? Хочется отвлечься от этого кошмара. Ян, не понимаю, откуда брать силы.
-Конечно. Это твой день. Постарайся расслабиться. Ненадолго. Приведи в порядок лисёнка. Не хочется, чтобы она пришла на мероприятие с опухшим лицом.
-До завтра – улыбнулся Миша и положил трубку. Проверив, не проснулась ли Василиса, он устало закрыл глаза и уснул на диване, боясь проспать открытие новой кофейни.
Все должно было быть иначе. Эта кофейня была подарком. Но без Лики сестра вряд ли решится принять его.
***
Я яростно терла руки салфетками, боясь оставить хоть каплю, напоминавшую о случившемся в этой каморке. Как я допустила такое. Как могла не думать, находясь в опасности. Гребаные чувства.