***
Мониторы работают круглосуточно. Записи с камер хранятся на одинаковых флешках. Серых, с золотой галочкой, напоминающей летящую птицу. В помещении происходит настоящая суета. Все в ожидании финала. Особо пристально следит за происходящим мужчина в очках. Тот, который читал сказки для своих птичек.
-Скоро нам придётся попрощаться с этим местом - вздыхает он, нервно постукивая пальцами по серой кружке. Крепкий кофе давно остыл, а лежащий рядом на блюдце шоколадный пончик потихоньку затвердевал.
-После финала мы закончим последние штрихи и приберемся - уставшим голосом произнёс молодой помощник. - Здесь останется только пыль, если вы не против.
-Жаль парня. Он нравился мне больше всех, пожалуй. Такой яркий. Но, игра есть игра.
-Тело убираем?
-На этот раз нет. Сделаем это позже. Его должны увидеть Глеб с Евсеем. Они не устраивали больше драк?
-Друзей из них явно не выйдет. Но сейчас засели, как мышки в норке - прокручивая колёсико мышки, сказал помощник.
-Дайте Лике хлеб - ухмыльнулся мужчина, сделав глоток кофе. Поморщившись, щелкнул пальцами и кружку тут же забрали.
На экране крупным планом было видно лицо Лики. Её русые волосы, давно ставшие грязными, выбивались из хвоста. Серые глаза в ужасе смотрели перед собой. Пальцы то и дело подергивались, а ноги непослушно шагали, ведя девушку вниз. Неожиданно девушка посмотрела в камеру и с ухмылкой показала неприличный жест.
Марьяна была спокойна. Но спокойствие её заключалось в равнодушии ко всему, что могло случиться дальше. Девушка не сопротивлялась и шагала, поддерживаемая под локоть поймавшим их зверьком. Слезы по-прежнему застилали взгляд девушки, не успевая высыхать на бледных щеках. Марьяна то и дело спотыкалась, что ещё больше злило мужчину. Не выдержав, он схватил её за горло и силой повёл вниз, заставляя девушку смотреть в пол.
Глава 18. Пешка
Глава 18
Пешка
Семь, восемь, девять, десять... Сбиваюсь. Начинаю считать заново. Один, два... Но ступени заканчиваются и я злюсь, что ничего не вышло. Не вышло спасти Марка и выбраться отсюда. Я не сумела взять себя в руки и проявить хоть каплю смелости, забыв о грёбаной доброй душе. Ненавижу себя и свою трусость. Понимаю, что моей вины нет, но никогда не прощу себе того, что случилось. Даже эти чёртовы ступени и то сосчитать не в силах. Какая от меня может быть польза.
Подвал. Мы очутились там, куда так стремились попасть. Плохо освещённый длинный, узкий коридор, который заканчивается просторным помещением. Сыро и холодно. Плесень на стенах и старой мебели, которая попадается нам по пути. Испытываю брезгливость, которая раньше у меня сильно не особо проявлялась. Коридор словно из фильма ужасов. По левую сторону видна старая железная дверь с надписью "Электрощитовая". Справа - несколько серых деревянных дверей, за которыми может скрываться всё, что угодно. Обшарпанные стены и трубы, которые тянутся по всему потолку. Запах до того мерзкий, что начинает сводить скулы. Знаю, что и к этому быстро привыкну.
Мы медленно идём вперёд, изредка подгоняемые зверьком. Дойдя до конца коридора видим небольшую комнатку, дверь которой заменяет решётка с толстыми прутьями. Сквозь них я не протиснусь, можно не пытаться. Больше похоже на обезьянник, только тесный и без места, где можно было бы присесть. Ни скамьи, ни даже её подобия. Зато в углу виднеется камера. Смотрю на неё без каких-либо эмоций. Плевать, пусть хоть стоят за решёткой с блокнотами и записывают каждый наш вздох. Устраивать шоу я не намерена.
Как я и думала, нас с Марьяной швыряют, словно котят, именно в эту комнату. В клетку. Мы останавливаемся в ней, оглядываясь и морща носы. Нервно сглатываю комок в горле. Наверняка здесь держали Евсея. Издевались и мучали. Не могу думать о другом. Черт, какая же я плохая. Как противно от самой себя. Как бы я хотела сейчас извиниться перед ним за свои слова. Взять Евсея за руки и посмотреть в глаза. Я жалею, что пошла на поводу у своей ненависти и пожелала, чтобы он и дальше оставался здесь. Прости меня. Я не хотела так говорить. Не хотела причинять боль своими словами. Это была не я, а обиженная девочка из прошлого.