Он не ждал моего ответа, да, думаю, он ему и не был нужен. Его фраза была предупредительной, потому что в следующую секунду он впился в мой рот голодным поцелуем. В солнечном сплетении что-то скрутилось и взорвалось, разливая тепло по всему телу. Соски моментально затвердели, низ живота потянуло, а ноги, казалось, вот-вот не выдержат.
Будто услышав мои мысли, Нурик впился пальцами в мою талию, углубляя поцелуй, ворвавшись языком и сплетая его с моим. Он сжимал и прижимал меня к своей груди, заставляя забыть обо всём на свете. Я почувствовала себя желанной впервые за эти десять лет.
Легкий ветерок холодил разгоряченное тело и возвращал меня в реальность. Какой бы ни была моя семейная жизнь, но я замужем, и то, что происходило сейчас, было изменой.
Со стороны всегда кажется, что всё так просто. «Разведись, и всё, что такого, сколько таких, как ты, и ничего». Конечно, таких, как я, немало, но у других, наверное, есть поддержка от родителей. А куда мне уйти с ребёнком?
Глава 10
Как только я переступаю порог квартиры, в нос ударяет аромат запечённого мяса. Я замираю, нахмурившись, уже начиная понимать, что происходит. И словно в подтверждение моих мыслей в коридоре появляется Арэстан в фартуке и с полотенцем в руках.
Можно было бы спросить, что происходит или что стало поводом для праздничного ужина, но я живу с этим человеком уже десять лет и хорошо его знаю.
Я молча наблюдаю, как он наполняет мою тарелку овощами, мясом и картошкой, и вспоминаю, как в начале повелась на его вежливость, обходительность и внимательность. Он и правда такой, пока ты делаешь то, что он хочет.
— Я не голодна…
— Ешь! — рычит он, сжимая вилку до побеления костяшек. — Я старался для тебя, — добавляет уже мягче.
Не желая его злить, я беру кусок мяса и отправляю его в рот. Вкусно, не буду спорить, он всегда умел готовить, только делает это раз в год или когда хочет извиниться.
Подобные вечера мы уже проходили, и я знаю, чем закончится этот ужин. А учитывая, что сын у бабушки, Арэстан сегодня позволит себе многое. Отказаться от близости с ним очень хочется, но я не могу. Он в любом случае возьмёт своё, с моим согласием или без. Во втором случае мне будет больно, а в первом — терпимо, так что я в очередной раз сделаю вид, что тоже хочу этого.
Никогда не испытывала с ним удовольствия, даже в самом начале, когда ещё не ненавидела его. Я пыталась, искала хоть какой-то отголосок оргазма, но до сих пор не нашла. А потом, когда он начал показывать, какой он на самом деле, секс с ним и вовсе стал противен.
Дальше всё пойдёт по отработанной схеме: сначала душ, где меня, словно грязного, подобранного на улице щенка, будут остервенело мыть и ставить на колени. А потом мы переместимся в спальню, где меня будут вертеть, как захочется хозяину, и иметь, словно шлюху. Уснём в обнимку, потому что так желает Арэстан. Вернее, уснёт он, а я буду подавлять в себе слёзы, чтобы он не заметил, что я плачу, этого он особо не любит.
Невольно вспоминаю ночь с Нурбулатом, тот взрыв эмоций, мигающие перед глазами разноцветные огоньки, приятную дрожь по всему телу и головокружительные ощущения. Всегда сравнивала Арэстана с ним, хоть и пыталась этого не делать, но выходило на автомате.
А сегодня… Нурик словно жизнь в меня вдохнул своим поцелуем. Будто тело было в спячке все эти годы и только сегодня проснулось. Печально, наверное, но такова реальность. Не думала, что в любовных романах правду говорят, что только с любимым человеком можно чувствовать подобные ощущения. Ведь организм должен испытывать потребность, и по факту не имеет значения, с кем, по научному факту, но любовь — неведомая наука.
Почему-то в этот момент я понимаю, что больше не могу и не хочу так жить. Что не смогу терпеть этого всего и ждать, когда накоплю достаточно денег, чтобы начать новую жизнь с сыном. Не знаю, Нурик ли этому причина, или… да кому я вру, он и есть причина.
Глава 11
Нурик
Я сидел в кресле в своём номере, потягивая виски, и размышлял о том, почему я всё ещё здесь, когда у меня полно дел в Москве. Ралина явно не собирается сдаваться, она как будто сопротивляется, как девственница перед первым сексом. Мне хочется помочь ей, объяснить, что в наше время жить с человеком, который бьёт тебя, — это ненормально. И я готов помочь ей, как только пойму, что она несчастлива, хотя она и пытается это скрыть.