Кроме того, мне хочется заняться с ней любовью, чтобы искры из глаз, как тогда, на выпускном. Давно я не испытывал такого сильного желания к определённой женщине.
Когда я был молод, мне приходилось впечатлять девушек, чтобы добиться их расположения. Я прыгал и выпендривался, лишь бы они поверили в мою любовь до гроба. Но сейчас, когда у меня достаточно денег, на запястье часы, стоимостью как загородный дом в этом городе, а машина стоит несколько миллионов, мне уже не нужно производить впечатление.
От размышлений меня отвлекает стук в дверь номера. Нахмурившись, я пытаюсь вспомнить, заказывал ли что-то. Может быть, это Ралина? Нет, она бы не стала так открыто приходить, ведь она боится своего мужа. Поставив стакан на круглый стеклянный столик, я встаю и иду к двери.
Нет, она всё же решилась. Решилась прийти. Я удивлён, но всё же. Ралина здесь, у меня. Сейчас я её целую, и она отвечает мне взаимностью. Нежно, но не отталкивая. Это явно сон. Мы заходим в номер.
Поставив стакан перед Ралиной, я сажусь в кресло. Делаю глоток янтарной жидкости, чувствуя, как она обжигает горло, и откидываюсь на спинку. Ралина резко хватает круглую стеклянную ёмкость, залпом выпивает её и морщится.
— Я вышла замуж, потому что выбора у меня не было, — говорит она и наливает себе новую порцию виски.
— Конечно, — фыркаю я, совершенно не понимая её. — Мы давно не в том веке, когда девушка выходит замуж…
— Я была беременна, — перебивает она меня, и я задыхаюсь от изумления. — На втором месяце я сказала маме, понимая, что не смогу скрыть это, а ты не вернёшься. Она разозлилась, орала на меня, что я шлюха, что опозорила на весь город честное имя отца. Даже толкнула меня, и я налетела на комод, больно ударившись животом. Кровотечение, адская боль, скорая помощь, больница, и слова врача о сложной беременности — всё это я слушаю, а сердце стучит всё громче и чаще.
— Ралина… — сипло выдавливаю я из себя.
— Что, Нурик?!
— Мерич — мой сын, — говорю я себе под нос, вспомнив мальчишку со знакомыми чертами лица.
— Молодец, садись, пять, — язвит она, выпивая уже третью порцию виски. — Я не могу сказать, что ты сломал мне жизнь, оставив беременную, потому что ты всё же подарил мне самое важное — прекрасного сына. Но…
— Я виноват, — киваю я, соглашаясь
Глава 12
Ралина
– Нурик, я здесь за другим…
– Я понял зачем, Ралина, – перебивает, ближе подходит, моё лицо руками накрывает. – У меня есть сын. У нас, – улыбается так нежно, что сердце тает. – Я накосячил, признаю, но позволь мне исправить всё.
– Я позволю, если ты не будешь вести себя, как мой муж, – проговариваю, чувствуя, как по телу начинают расползаться мурашки.
— Никогда не сравнивай меня с этим уродом, поняла? – сжимает моё лицо, и я киваю. – Сегодня же переберёшься ко мне…
– Нет-нет, – спешно мотаю головой и отстраняюсь. – Он меня убьёт…
– Никто тебя не тронет, – уверяет. – Я обещаю, – шепчет в губы, заставляя ноги дрожать.
– Мне просто нужно сбежать, подальше от него, – проговариваю едва дыша. – Потихому, – выдыхаю.
— Пожалуй, тебе хватит, – поймав меня, поднимает на руки и несёт в комнату.
– Напилась, – вдыхаю, обняв его шею и положив голову на плечо.
– Не страшно, – усмехается мужчина.
– Ты так… вкусно… пахнешь, – шепчу и, уткнувшись носом ключицу, шумно вдыхаю. – Даже лучше, чем десять лет назад.
— Духи дороже просто, – смеётся и укладывает меня на мягкую постель. – Поспи, а завтра всё решим, – тихо говорит и по голове гладит.
– Не уходи, – хватаю его за руку. – Люби меня, – прошу, совершенно не соображая, что несу.
Голова кружится, веки тяжелеют и опускаются, тело обмякает, но я всё равно откуда-то нахожу силы обнять Нурика, притянуть к себе и коснуться его губ.
– Ралина, я безумно тебя хочу, но ты… пьяна, – хриплым голосом шепчет, однако гладит моё бедро.
– Просто возьми меня, – проговариваю, цепляясь за его плечи.
– Малыш, – вздыхает, и я понимаю, что он пытается до меня достучаться, но я хочу, и он хочет, я это чувствую.
— Нурик, пожалуйста, – жалобно прошу. Уверена, что завтра я об этом пожалею, но это будет завтра, а сейчас я позволю себе этот грех.
Моя жалостливая просьба действует на него, и он, приподнявшись, хватает меня за талию и усаживает на свои колени, впившись в мои губы голодным поцелуем.
Обняв его за шею, я отвечаю на кружащий голову поцелуй, наслаждаюсь блуждающими по телу сильными руками и млею от этих грубых, но в то же время ласковых прикосновений.