— А в принципе в стране? — тут же последовало уточнение уже с моей стороны.
— Витает что-то этакое в воздухе, — покивал в подтверждение своих слов Смит. И пробурчал с заметным недовольством, — Глядишь, так скоро виски даже будет не купить, не говоря уже о пиве!
— Блин, надо завершать скорей войну, а то мы заработать на алкашке вовсе не успеем. Мгновенно всяческие конкуренты набегут. — А это я тихонечко пробормотал себе под нос, чтобы никто уж точно не расслышал. Не надо знать папа́ о том, за счёт чего я собирался финансировать строительство ещё много чего в России. Потому вслух акцентировал внимание на несколько иной проблеме, — Надеюсь, что нашей экспериментальной шинной фабрики всё это не коснётся?
О чем я вёл тут речь?
А речь я вёл о производстве синтетического каучука. Мы хоть с британцами когда-то обвалили рынок, заметно снизив цену на главный компонент резины, проблему в целом не решили. К примеру, чтобы делать и эксплуатировать тяжёлые грузовики без опасения пойти по миру с протянутой рукой, банально разорившись на покрышках, мне требовалось ещё раз в 10 скинуть себестоимость продукции всех наших шинных фабрик. Что сделать без выкидывания на рынок многих тысяч тонн искусственного каучука было просто невозможно.
При этом мне известно было лишь одно — производили его в будущем из того самого этилового спирта, что гнали из зерна, картофеля, бобовых, кукурузы и много чего ещё. Так что отнюдь не весь богатый урожай агрокультур имел лишь пищевое направление дальнейшего движения. Вот и трудились в США который уже год кряду над решением данного вопроса десятки нанятых нами химиков. В России не рискнул подобным заниматься по множеству причин.
— Не волнуйся, Александр, — тут же успокоил меня Смит, — под запрет попали только алкогольные напитки. А всякие лекарственные средства и тем более промышленную переработку в нечто, не подлежащее употреблению народом внутрь, не тронули от слова «совершенно». Но как поведали мне химики и инженеры, до начала выдачи массового дешёвого продукта им ещё требуется года два-три, чтобы отработать технологию.
— Надеюсь, что уложатся в два года, — очень так твёрдо посмотрел я прямо в глаза собеседника. Всё же мои планы по оптовой нелегальной торговле алкоголем в немалой степени базировались как раз на беспрепятственной транспортировке пищевого спирта для подобных шинных фабрик, которые планировалось открыть в наиболее богатых штатах. А чтобы возить спиртягу и при этом не запачкать своё светлое имя чем-то незаконным, мне требовался готовый и требуемый товар иного рода.
— Я передам, — понятливо кивнул мне Сэмюэль.
— Ого! Какой красавец! — пока я ненадолго отвлёкся на обсуждение имеющихся проблем устройства моего будущего нелегального бутлегерского бизнеса, пронырливый Генри Форд успел засунуть свой любопытный нос за ближайшую к нам ширму. — Это будет новый Кадиллак?
— Нет. Это будет новый DAC. Несколько мощней, слегка крупней и намного элегантней прежнего, но по сегодняшней цене, надеюсь, — прокомментировал я открывшуюся всем нам картину на близкую копию, наверное, самого красивого серийного автомобиля мира конца 1930-х годов — Опель «Адмирал» образца 1938 года. Именно 38-го! Со слегка продолговатыми, а не круглыми, фарами. Казалось бы вот мелочь! Форма фар всего лишь! А как оно на общем облике машины сказывалось сильно! Совсем другой эффект! И, что смешней всего, автомобиль тот был разработан в Штатах. В тех самых Штатах, где в это же время появлялись на свет божий всяческие уродцы в концепции того же самого новейшего дизайна «air flow» — то бишь аэродинамического.
— Ох! Как интересно фары интегрированы в корпус! А сколь здесь элегантно выполнены крылья! — не смог не заметить именно этих, мгновенно бросающихся в глаза, особенностей мистер Форд, принявшийся чуть ли не обнюхивать каждый квадратный сантиметр представшего его взгляду макета. — А куда же вы подножки дели?
— Их теперь здесь вовсе нет. За счёт чего вышло сильно увеличить внутреннее пространство для людей, без заметного увеличения внешних габаритов машины. Так что теперь это автомобиль исключительно для городских и ближних пригородных поездок. Такому тонуть по самый бампер в непроходимой грязи сельской местности — банально не с руки. Для грязи у нас планируется кое-что другое, — простёр я рукой в сторону очередной ширмы, за которой скрывался мой вариант советского армейского внедорожника ГАЗ-69.
Как я и предполагал, за время ведения войны армия в полной мере оценила удобство применения автомобилей. Как в полной мере офицеры осознали необходимость наличия полного привода. Так что я уже сейчас готовился к будущим поставкам техники военным. В ближайшие год-два после завершения боевых действия, они вряд ли будут что приобретать по экономическим причинам. Ну так и мы не сможем взяться за изготовление всего и сразу. Однако находиться на низком старте, надо быть готовым точно.