Впрочем, воевать нам так-то было не с кем. Да и слава Богу!
За ситуацией в Германии мои разведчики следили очень строго и потому, как только начались там первые поползновения всяких «представителей высшей расы», туда наведались мои отряды проверенных и натренированных людей. Естественно, наведались не с голыми руками, а с автоматами наперевес. На что текущее республиканское правительство глаза вообще закрыло, отвернувшись в сторону, поскольку я играл лишь им на пользу.
Однако же Адольфа Гитлера мы не убили. Нет. Банально не нашли такого!
О существовании подобного человека в принципе никто не ведал! Видать, осталось его тело гнить в каком-нибудь засыпанном окопе или лежать безвестным на полях сражений давно отгремевшей войны.
Так что Германия, как Веймарская республика, до сих пор существовала, изготавливая исключительно мирную продукцию, а никак не танки с самолётами и пушками.
Одним японцам тут не сильно повезло на нас слегка нарваться. Изрядно задыхаясь от нехватки денег и ресурсов на своих бедных полезными ископаемыми островах да в уже выжатой ими досуха Корее, «сыны Ямато» решили было сунуть нос в «большой» Китай, остерегаясь трогать союзную нашей империи Маньчжурию.
Россия официально отказалась от вступления в конфликт двух азиатских стран. Но мы-то, ветераны Русско-Японской войны, всё ещё были живы и находились нонче при высоких должностях иль положениях немалых, а потому нам просто прошептали сверху «Можно! Фас!». Вот мы туда, в Китай, при посредничестве «товароведов» из Маньчжурии, и выслали свой авиационный полк заводских лётчиков-испытателей.
Так-то полка у нас, конечно же, не набиралось совершенно. Но многие армейские пилоты срочно убыли в отпуска, кои пожелали провести в городе Дальнем на пляжах Жёлтого моря. А уже оттуда тихой сапой — то есть на кораблях Российского Императорского Флота, переправились в Китай, где их уже ждали перегнанные и подготовленные к вылетам боевые реактивные машины.
Ну, что тут скажешь… Японцам явно было очень больно. Сперва «отпускники и испытатели» играючи смахнули с неба все их палубные самолёты, что принялись осуществлять налёты на Шанхай. Их максимально облегчённые и вовсе не бронированные машины буквально разрывались в небе на мелкие ошмётки огнём 1-дюймовых пушек русских истребителей.
А чуть после, когда «на отдых» своим ходом прибыли пилоты бомбардировщиков со своими куда более тяжёлыми самолётами, вооружёнными новейшими радиоуправляемыми 3-тонными планирующими бомбами, был поставлен крест на всей зачинающейся Японо-Китайской войне. Ведь воевать на подобном удалении без крейсеров, линкоров и авианосцев было не с руки даже самым боевитым самураям.
Не всё, отнюдь, пустили мы на дно морское. Но не вернувшиеся на свои родные базы 4 эскадренных авианосца, 2 линкора и 9 крейсеров изрядно охладили дух японцев, заставив их запрятать голову в песок. На этом, собственно, и завершился весь конфликт, не разгоревшись толком. А Яковлевы, как неофициальные спонсоры победы, получили с того немало преференций по торговле моторной техникой в «большом» Китае, где проживало уже под 500 миллионов человек. Пусть даже большей частью очень бедных. Но! Полмиллиарда!
С тех пор Россию все изрядно опасались. Точнее говоря, стали опасаться ещё больше, нежели прежде, не зная, что ещё такого мы, вдруг, выкинем в плане создания новейшего вооружения.
И мы с папа́ не стали всех расстраивать, да запустили в космос первый спутник, который говорил всем сверху «бип-бип-бип».
— Что ты говоришь, дедуля? — внезапно раздалось из-за спины и на мои плечи легли детские ручонки.
Во! Я уже дедуля, между прочим! В 46 годков! Причём, как можно догадаться, дедуля я уже не первый год! Это старший мой — Олежка, постарался не отстать от своих родителей в плане продолжения нашего славного рода и в 18 лет представил нам с Надеждой свою суженую. Ой, криков было! Страшно вспомнить! Ведь моя Надя собственное ви́дение имела на спутницу по жизни нашему Олегу Александровичу. А тот вот взял, да и упёрся. Едва сервиз фамильный от разбития об пол спасти тогда успел!
Теперь вот вместе всей честно́й компанией мчим по ухабам встречать этого «блудного попугая» из самого главного полёта всех времён и народов.