Репетиции будут по два раза в день: утром ставить новые номера, днём чистить то, что сделано утром, и повторять вечернее шоу, а вечером само представление.
Работа, никогда не пугала Вивиан, ей нравилось танцевать под руководством Макса. И новое шоу принесет новых зрителей, новые деньги, новую популярность. При этой мысли девушка улыбнулась.
Но искорки могли означать и совсем другое. Его голубые глаза сверкали так только один раз и только для неё.
Это было давно, но она помнила о тех первых чувствах и первых прикосновениях, о первых поцелуях.
Вивиан закрыла глаза, летя по волнам памяти…
Вдруг она резко их открыла. Неужели у него появился кто-то, для кого блестят эти глаза?
Нет! Нет! Нет!
Девушка запаниковала.
Он её и только её.
Он должен любить только её. Она была уверена, что у него ещё остались чувства к ней. И доказательством, для Ви служило его одиночество.
Три года он просто трахает девок. И ещё не нашел той с кем ему будет так же хорошо как с ней.
Она надеялась, что Макс не встретит ту, что заменит её.
Потому что заменить Вивиан Льюис невозможно.
Она по-прежнему будет в его сердце и на сцене.
Она никому не позволит забрать его.
Он всегда будет у неё под контролем. Вчера вечером она уловила нежность в его голосе. А сейчас он нежно прикоснулся к ней.
Ви прижала ладошку к тому месту, где её недавно касался Макс. И если бы они были одни, он, непременно, поцеловал бы её. А она бы ответила.
Нет, Дэвис, тебе не забыть Вивиан Льюис.
Ви посмотрела на себя в зеркало, кокетливо поиграла изогнутыми бровями, приоткрыла ротик, поправила помаду на губах. Послала своему отражению поцелуй и направилась на репетицию.
Глава 6
Кто-то упорно барабанил в дверь. Вставать ужасно не хотелось. Она бы так и лежала на диване целую вечность. Но пружины неприятно врезались в спину, а в дверь продолжали настырно стучать.
– Лили, открой, – потребовал мужской голос с хрипотцой. – Открой. Лили, ты слышишь? Немедленно!– настоятельно требовали по ту сторону.
Тяжело вздохнув, девушка поднялась с неудобного дивана и на мягких ногах направилась в маленькую прихожую. У самого порога она смахнула с лица слезинки, катившиеся из глаз все то время, что она лежала на диване.
Маленькая ладошка повернула дверную ручку.
Дверь тут же распахнулась.
В квартиру ворвался Стив, убрав с глаз седые пряди, он уставился на хозяйку.
– Милая с тобой все в порядке? – мужчина внимательно изучал лицо девушки.
– Да, да, все хорошо, – прятала глаза девчонка. Она развернулась и прошла в гостиную. Неожиданный гость не отставал. – Милая, не обманывай старика, – он семенил за Лили и старался заглянуть ей в лицо. – У тебя глаза на мокром месте. Я же вижу, – седовласый указывал на неё толстым указательным пальцем.
– Это так, – отмахнулась девушка, – просто в глаз что-то попало, – чтоб быть подальше от внимательного гостя она подошла к окну.
– Кто обидел тебя, девочка? – Стив не желал отступать, оказавшись рядом, он по-отечески обнял хозяйку квартиры. – Эти две курицы тебе наговорили глупостей? – он бросил упрек двум подружкам, покинувшим квартиру Лили, чуть больше часа назад.
– Нет. Нет, – затрясла головой девушка, отрицая неоправданные обвинения. – Они совершенно не виноваты.
– Не защищай их. Не надо, – не желал сдаваться гость. – Я видел, как они выходили из твоей квартиры и громко смеялись. Им ничего не стоит обидеть человека, а тем более тебя.
– Стив, это не они, – Лили взглянула на седовласого мужчину.
– А кто? Кто причина твоих слез? Маленькая, моя, – он крепко обнял девушку, прижимая к своей теплой груди.
Шоколадные глаза наполнились слезами. Лили шмыгнула носиком, изо всех сил стараясь сдержать рыдания.
– Ну что ты, милая, – большая тепла рука погладила её по спине.
Так когда-то делал её отец. Обнимал свою дочурку и гладил по волосам, по спине, и Лили успокаивалась, все горести, и обиды, были ей нипочем, ведь рядом единственный родной человек.
Отец.
Но однажды он отказался от неё. Просто взял и отказался.
Лили затрясла головой, отгоняя воспоминания, но они не хотели и не собирались отступать. Стив крепче прижал всхлипывающую девушку к себе. А она прикрыла глаза и на внутренней стороне век поплыли картинки прошлого.
.....
– Собирай свои вещи и проваливай из моего дома, – слова холодным душем окатили девчонку.
– Но это и мой дом, – она пыталась отстоять свои права.
– Твой, пьяница, отец ни копейки не потратил на этот дом, – кипела женщина. – Я одна выплачивала по закладной, пока ты ходила в эту гребанную школу. Теперь проваливай и живи сама.