– Четыре, – робко прервала Ребекка, – Почти месяц...
– Что? – не понимал Батлер.
Бекка прокашлялась. Напор директора клуба удивил. И не только её.
– Срок четыре недели. Ознакомиться с условиями конкурса. Оценить свои возможности. Подтвердить заявку, – придала твердости голосу.
Взгляд Ребекки устремился на Дэвиса.
Стушевался. Он обещал. Ей. Она надеялась. А он... Обстоятельства изменились. Поддался вперед. Остановили. Снова Батлер. Настырный.
– Значит так, Макс, не валяй дурака. Никаких отказов. Через четыре недели Ребекка подтверждает заявку, – девушка кивнула. Остальные поддержали. Одному противостоять. Решился.
– Нет, не могу... шоу... газеты... – подходящих доводов у Макса не оказалось. Последний слетел с языка, – скандал с продажей...
– И что ты собираешься делать? – вступила в борьбу менеджер.
Порядком поднадоела несговорчивость подопечного. Заверили в несуществующей проблеме. Продолжал упрямиться. В карих глазах горел упрек.
– Необходимо дать опровержение в газету, дать интервью... – подбирал выход из опозоренной репутации шоу.
Под взглядом друзей Макс терял уверенность в своих намерениях и правильности действий.
– Опровержение сродни оправданию, – Бекка не собиралась сдаваться. – Оправдание признание вины.
Руководитель шоу задумался. Почесал бровь. Помял губы. Думал. Все ждали.
– Ты предлагаешь бездействие, – не хотел соглашаться. Он оплошал. Он исправит.
– Не бездействие, Макс, – снова твердый голос Брюса. – Мы не будем ввязываться в скандал. Прессе только дай повод. Брось кость этим диким псам, съедят с потрохами. Снесут и повинные и не виновные головы.
Застывший в нерешительности неон таранил серое небо директора клуба.
– Потявкают и перестанут, не интересен тот кто не лает в ответ, – все более веские и неприятные аргументы приводил Брюс. Грубо. Справедливо.
– Мы выше склок, – голубые глаза ожили.
– Браво, Дэвис, – ликование в голосе директора клуба, два больших пальца подняты вверх, – наконец-то мы смогли достучаться до тебя.
Окружавшие друзья свободно выдохнули. На губах блуждали довольные улыбки. А серо-голубые глаза хитро прищурились. Уголки полных губ Брюса иронично дернулись вверх.
– Видать, не плохо тебя приложили амбалы Бэнка.
Батлер задохнулся, сложился пополам. Маленький кулачок вонзился в солнечное сплетение.
– Как тебе не стыдно, Брюс, – красивые бровки Вивиан недовольно изогнулись.
– Это была шутка, – задыхался блондин.
– Очень грубая шутка, – Вивиан стояла рядом с парнем, укоризненно поджимала губы. – Ты должен извиниться.
– Ви, прекрати, – вступился за приятеля Макс.
– Прекратите, все, – прервала назревающую перепалку Ребекка.
Заметила в глазах подопечного усталость. Он пытался скрыть, но ничего не утаишь от внимательного взгляда менеджера. Ей нужен здоровый Дэвис. Решила выпроводить всех незамедлительно.
– Максу надо отдохнуть. На сегодня с него достаточно потрясений, новостей. Давайте избавим его от ваших перебранок, – предложения Бекки друзья не стали подвергать сомнению. Она права.
– Поправляйся, – Эмили приблизилась к кровати, чмокнула руководителя в щеку. Направилась к двери.
– Удачи, чувак, – подмигнул Брюс. Протянул руку своей девушке.
– Пока, загляну завтра, – Ви вложила маленькие пальчики в широкую ладонь своего парня.
– Постарайся отдохнуть, – Ребекка мягко коснулась запястья, – через неделю мы вернемся к разговору о конкурсе, – скорчил гримасу, – не отвертишься, – пригрозила пальчиком.
– Пора двигаться вперед, Дэвис, – поддержал менеджера Брюс с порога палаты, – шагать дальше, – широко улыбнулся.
Все вышли, тихо прикрыв за собой дверь.
Макс криво улыбался. Смотрел на закрытую дверь. Прислушался к своим ощущениям. Ребекка оказалась права. Он чувствовал усталость. Не тягучую, не утомительную, не тяжелую. Приятную усталость. Оказывается, спорить с друзьями чертовски приятно.
Дэвис поерзал на матрасе. Удобно устроился. Прикрыл глаза. Спокойно выдохнул. Стоит поразмышлять над ближайшим будущим. Прекрасное и светлое, оно подмигивало в нескольких шагах. Ринуться навстречу. Нет. Разобраться с тяжелым камнем, давившим на сердце, мешающем дышать.
Лили. Та, кто пострадала не за что. Та, кого он обидел. И всей душой желал её прощения. Он хотел её в своем будущем. А она?
Пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Растерзать того, кто заставил девушку плакать. Уничтожить того, кто унизил её. И это был он. Не Крис. Не Ирина. А он – Макс Дэвис. Скотина. Сволочь. Кретин.