— Требовала меня сообщить ей какое я к тебе имею отношение, — хмыкнула я. — Причем в довольно грубой форме.
— А какое ты можешь иметь ко мне отношение? — пожал плечами Глеб. — Мы второй раз видим друг друга… И какое ей дело может быть до нас с тобой? Я даже не помню, кто вообще такая эта Юлия и как она выглядит, а её почему-то интересуют мои отношения с другими девушками. Официантку клуба никак вообще это касаться не может.
— Понятия не имею, — развела я руками. — Говорю то, что слышала. Я не отвечаю за то, что происходит в головах других людей. Просто она так агрессировала… Обещала мне даже волосы выдрать, представляешь?
— Вообще, что ли, ненормальная? — ещё суровее свёл брови вместе Бессонов. — Уволю, завтра же. Девушка ещё называется…
— Прямо уволишь? — взглянула я на Глеба. Сразу такого решения как-то не ожидала от него, но тоже неплохо. Меня устроит вполне не видеть девчонку больше в клубе. Только бы волосы мне не повытрепала потом где-нибудь на улице после увольнения… Поймёт ведь чьих рук это дело, хотя виновата полностью во всём сама.
— Прямо уволю, — подтвердил Глеб. — Неадекватные сотрудники мне в клубе не нужны. Ещё и на летучку всех соберу и ещё раз поясню, что администратора необходимо слушать и выполнять его указания. И уж тем более никому не позволено хамить и угрожать друг другу.
Что ж… Вполне справедливо.
Я была согласна с каждым его словом — ни убавить, ни прибавить.
— А если она… — осеклась я. Вот теперь выходило, что я чуть-чуть жалуюсь и ищу у него защиты. Но кто заступится, если не сам Глеб? — Если она на меня нападёт где-то потом? Не в клубе. Эта Юлия какая-то бешеная, честное слово. Я её боюсь.
— Думаешь, может что-то сделать? — окинул меня внимательным взглядом Глеб.
— Думаю, может, — ответила я.
— Не бойся. Я решу этот вопрос. Никто тебя не тронет.
Я невольно улыбнулась.
— Спасибо тебе, Глеб.
— Было бы за что.
— Тогда вдвойне спасибо, раз не за что.
— Да брось ты…
За меня так редко заступаются, что теперь такие решительные слова мужественного парня стали бальзамом на душу.
Всё же приятно, когда за тебя готов вступиться мужчина.
Он ведь чувствует свою ответственность за случившееся.
— Ты и сам бы опасался этой девицы, — сказала я спустя какое-то время.
— Почему? — спросил Глеб. — За мои волосы можно переживать — там дёргать нечего.
Я рассмеялась. У Глеба на голове была причёска “ёжик” — там ухватиться было не за что и оттаскать его за волосы будет весьма проблематично. Да и не каждый рискнёт в принципе трогать такого бугая.
— Я не об этом, — снова посмотрела я на него. — Девочка-то в тебя влюблена. Как бы преследовать не стала, клянясь в любви.
— Влюблена? — переспросил он, вглядываясь в меня.
— Именно.
— А ты откуда знаешь?
— Слышала, как она с подругой тебе косточки мыла в раздевалке для сотрудников.
— Вот как… И что, она сказала, что влюблена в меня?
— Да.
— Гхм… — кашлянул Глеб. — Понятно.
— И сказала, что сделает всё, что угодно, чтобы стать твоей девушкой, — хихикнула я.
Теперь я откровенно троллила Глеба этой глупой симпатией девочки, которая ему точно никогда не будет нужна. Понимаю, что так делать не очень хорошо, но не смогла удержаться от соблазна подколоть Глеба.
— Прямо-таки всё?
— Ну, она так сказала.
— Тем более придётся её уволить.
— За что? За любовь к тебе?
— Нет. Это я её так спасаю.
— Спасаешь? От чего?
— Ей будет больно смотреть.
— На что? — не поняла я.
Наш разговор становился всё более странным…
А Глеб вдруг становился всё ближе и ближе.
— Смотреть на то, как мне нравится другая, — сказал он мне в губы, а затем накрыл их своими…
Мозги отключились.
Мать твою, что происходит?
Глеб меня…целует?
19.
Я замерла от неожиданности как истукан, а Глеб времени терять не стал.
Исследовал мои губы словно ему было это позволено.
Обжигал кончиком языка то мою нижнюю, то верхнюю губу.
Будто соблазнял меня пойти с ним дальше…
Тело то и дело простреливало словно от тока.
Я хотела остановить это безумие, но не могла — настолько меня заворожила внезапная, неожиданно нежная ласка молодого мужчины.
Единственное на что меня хватило — упереться в его грудь ладонями, но Глеб был явно сильнее и выпускать меня не планировал. Он хотел наслаждаться моими губами ещё и ещё, не зная о том, что такой откровенный поцелуй с малознакомым парнем в моей жизни — первый.