Алису удивило поведение Мансурова. Он прошёл на территорию Лосева один.
Разве не понимает, что теперь оказался в ловушке?
Или верит, что Марк его не прихлопнет?
Девушка не сомневалась: Давид знает, что делает и для чего. А вот она мало что понимала.
Алисе стало не по себе, когда увидела взгляд Давида, направленный на неё. Несмотря на то, что стояла в пяти метрах позади брата, Давид буквально спалил её полыхающими от ярости омутами.
Вот сейчас никак нельзя попасть к нему в лапы. Придушит. Вне всякого сомнения.
- Верни мне мою племянницу, Лосев, тогда я тебя не убью! – процедил Давид, задирая подбородок.
- А я думал, что ты не придёшь, Давид. Просто смелости не хватит.
- Я пришёл. Если ты посмел причинить вред Василине, я лично кастрирую тебя, Лосев, - распалялся Мансуров, окончательно выходя из себя.
- Давид, Алиса сказала мне, что ты помог ей. Сестру я растил с самого её рождению, поэтому точно знаю: она не солгала. Но после, Давид, ты не отвёз её домой, а спрятал в своей халупе. И если моя сестрёнка столь наивна и видит в тебе благородного рыцаря, то меня тебе не провести. Алису ты не привёз сюда… в мой дом по единственной причине, чтобы не вступать в конфронтацию с той падалью, которая похитила мою сестру, ликвидировав охранников Алисы в неизвестном направлении.
Алиса приоткрыла рот, слушая брата. Впрочем, слова Марка не стали таким уж сюрпризом. Давид говорил ей тоже самое, но несколько более мягким языком.
- Ты похитил мою сестру и держал бы её неизвестно сколько времени, пока тот подонок шантажировал бы меня, угрожал и для лучшей убедительности пустил бы мою сестру по рукам, сняв наконец-то реальное порно с Алисой в главной роли. Поэтому не смей здесь показывать свой гонор. Я насквозь вижу твои цели и гнилые амбиции. Василину твою я забрал с определённой целью. Если желаешь вернуть племянницу, Давид, давай спокойно обсудим ситуацию. И да, Давид, твою родственницу я не трогал. В отличие от тебя, я не нападаю на молоденьких девушек, чтобы запугать их до чёртиков и не имею привычки пользоваться своей физической силой перед женщинами. Я не воюю с женщинами.
Мансуров вперился бешеным взглядов в Лосева. Тошнило от его слащавых речей. Не воюет он… А Василину похитил так… для отчётности.
Давид сжал руки в кулаки, заставляя себя успокоиться. Бешенство до максимума разогналось в его крови с того самого момента, как он вернулся домой и увидел израненных парней из своей охраны. Алиса и Василина пропали. Парни рассказали, что именно произошло и кто забрал девушек.
Давиду и пары минут хватило, чтобы найти телефон племянницы и вызов, совершённый на неизвестный номер. В том, что это Алиса позвонила Марку, сомнений не было. Алиса и Василина ведь уже были знакомы. Хитрой Алисе ничего не стоило заговорить зубы простофиле Василине.
В тот момент Давиду хотелось придушить Алису. Вот же девчонка… неугомонная. Всюду сунет свой нос. Жить не может без приключений.
- Если ты пришёл хоть немного в норму, пройдём в беседку. В дом не приглашу. Уж извини.
Давид кивнул. Осмотрелся вокруг, снова скрестился взглядом с Алисой.
Девушка не отвела взгляд. Напротив, она уставилась на него с невозмутимой миной на хорошеньком личике, сложила руки на груди и гордо задрала подбородок.
В этот момент Давид едва сдержался, чтобы не свернуть в её сторону и не проучить как следует нахалку за излишнюю заносчивость.
Смелая какая, когда брат рядом!
Алиса держалась на расстоянии от мужчин. Выдержать взгляд Давида было непросто. Но пусть знает, что она ни о чём не жалеет. Давид спас её, а после собирался использовать в собственных интересах. А она всего лишь спасала собственную шкуру. И спасла, пусть и не так удачно, как планировала изначально.
- Садись, Мансуров, - Марк указал рукой в сторону плетёного кресла. Давид принял приглашение.
Марк помнил о том, чем обязан Давиду. Уже не в первый раз Мансуров почему-то в буквальном смысле спасает Алису. Какими бы натянутыми отношения не были с Мансуровым, Марк умел быть благодарным. Именно поэтому сейчас решил попытаться побеседовать с Давидом по-человечески, а не по-звериному, как он привык общаться с ему подобными.
Давид и Марк буквально прожигали друг друга взглядами. Никто не спешил отворачиваться.