- Обещанья-обещанья… А на деле - туалеты, - неучтиво поддела Рита.
- Может, забудем тот забавный эпизод?… Ты всё сказала, я всё поняла, - спокойно выгнула Настя.
- Я что-то пропустила? - рука крутила руль на поворот.
- Ничего, - выждав секунды три, ответила Рита за двоих. - Парад планет, бычьи бега и фестиваль тюльпанов.
- Так куда мы едем? - вытравила тему Настя.
- Догоняться космосом. Почти на месте.
- Что я слышу? Сленг? При-кол, - подтрунила Настя.
- С кем поведёшься…
- Ой, не надо. Твой лексикон и без меня многоярусен, как висячие сады Семирамиды, - прокатила Рита с изяществом ритора.
Медийность - отличительная черта так называемого современного искусства на втором десятке двадцать первого столетия. В тёмной длинной зале струился эмбиент, а на две стены проектировался дублируемый видеоряд с намешанными галактиками, земной природой и оракулами. В подаче ясно прослеживалась известная идея вымещения человека из “центра мира”, стирание его за пространствами и виртуальными реалиями. Организаторы заявляли амбициозный экспириенс полного погружения в имперсональное объёмное путешествие с отсылкой на внетелесность. Но лично я, главным экспонатом этой “выставки”, видела саму публику. Набралась полна коробочка всех, кто считал себя глубоким… Или просто не знал, как провести вечер.
Здесь обнаруживались фактурные индивиды: высокие бородато-усатые брюнеты в чёрных робах; девушки с ярко-жёлтыми волосами под цвет пиджака аля-экремальный-глам, но скоре, чёрт-знает-что; пижоны в лакированных туфлях; встречался нео-додизм, под музыку растекающийся в сомнительной претензии на крутость, как масло на сковороде. Отдельная песня “голубого огонька” - парочки. Особо ушлое рыцарство - на белых пуфах по центру залы. Кавалеры наглаживали своих дам кто по волосам, кто по плечам, состязаясь в причудливом прялочном искусстве селадонства. Селфи-маньяки, со смартфонами на вытянутых руках, кружили коршунами вокруг ханского угодья, едва не прикладываясь рыцарям на головы в поисках лучшего кадра.
Своим трио мы медленно пробирались к барной стойке.
- Бл*, как круто! - проскользнула мимо девушка, красуясь перед отстающим ухажёром, и заодно - перед менее удачливыми нами. Парень проталкивался, как мог, за юркой путеводительницей.
- Осторожнее! - видимо, он задел Настю.
- Козёл, - фыркнула я единственное слово, которое всегда считала достаточным для всякого описания мужского стандарта.
- “Меню”? Я - “меню”, - бармен перекрикивал звуки музыки.
- Лонги делаете? - на тех же повышенных спрашивала Рита.
- Лонг-айленд? Да. Один?
- Два, - уточнила Настя, показывая на пальцах. - Валя?
- Сок.
- Два лонга и сок. А? - Рита наклонилась. - Тропик или апельсин. Только яблочный? Давайте его, чего уж!…
Барные табуреты, разумеется, все заняты. Прямо перед нами общалась компания. Среди них осанисто маячила высокая рыжеволосая девушка с поставленным хвостиком на макушке. Они пришли позже, оглянулись посмотреть, не мешают ли кому, встретились с нами нос к носу. И любезно зашвартовались в той же зоне. Я всё больше убеждалась, что чувство такта у этого поколения давно укоренилось где-то в ранге рудиментных. Рита выдвинулась в направлении рыжей с просьбой “чуть в сторонку”. Ответа я не расслышала.
- Ну, чего? - тронула я Риту за локоть, наблюдая пресловутый прыгающий хвостик.
- Она так чувствует! - пояснила Рита.
Не долго думая, она впрыгнула на барный стол, усаживаясь выше всех и пригласительно похлопав рукой рядом. Я отрицательно мотнула головой. Передавая напитки в бумажных стаканах и принимая оплату, бармен попытался наложить вето.
- Мы закажем ещё, - на авось разруливала я.
- Только недолго! - быстро согласился мужчина. Ибо касса бара была карманной.
Рыжая, полная подозрительности попивая свои сто грамм, украдкой закашивала в нашу сторону. Страшно подумать, что именно ей послышалось. Рита уже не обращала внимания, впитывая взглядом видеоряд поверх голов и едва различимым жестом губ давая понять, что хорошо чувствует мою руку, ненавязчиво полуобнявшую её бедро.
- Ты так к ней заботлива!… - отметила Настя с другой стороны, хотя маленькая сделка с барменом весьма скудно характеризовала что-либо. - Говоря “сходим куда-нибудь”, я имела в виду, вдвоём.
- Тебе не нравится? - соломинка с соком вызывающе хлюпнула. - Кто-то грозил закатить сейшн необузданного веселья и радости.
- Да хоть с шестом, если бы наедине!… Что у вас за дружба такая? В офисе много легенд. И все они в духе: “О-Эс и Красная Шапочка. Противостояние”, - она провела рукой слева-направо, растопыривая пальцы, будто их охвата едва доставало, чтобы покрыть масштаб заголовка афиши.
- Красная Шапочка?
- Ну, как же: “а почему у тебя такие большие предметы?…”
- Чушь какая!… А О-Эс?
- Лучше не спрашивай.
- Смотри туда, - наклонилась ко мне Рита. Я проследила взглядом за движением её смеющихся глаз. Широкоплечий “козёл” притоптывал ножкой напротив юной ворожеи, по-кошачьи выводящей аккуратность попки в сексуальном ритме животрепещущего танца.
- Это та, с обязательной бл*-программой?
- Ага, - в её глазах играли чёртики, угощая анекдотами. - Кудесница!
- Ну, попка хороша! - одобрила я.
- Ага! - снова подтвердила Рита.
Настя безуспешно вкренивалась к разговору, всеми частями тела пытаясь проникнуть в суть чего-то очень значимого. Эмбиент застилал любые мало-мальски удалённые звуки. Всё, что ей оставалось - выслеживать взгляды и читать по губам.
- Ха-ха, - сказала она видимости нашего веселья.
Рита наклонилась надо мной, полуобняв за шею. Казалось, вот-вот поцелует взасос, но вместо этого проясняла на повышенных:
- Вон там танцует… Попу её обсуждаем.
- А! - понимающе закивала Настя, и набок лишь ко мне шутливо поинтересовалась: - Вы и мою обсуждали?
- А ты бы хотела?
На её лице отразился лёгкий испуг, словно перед внезапным публичным обнажением, а в глазах пробежала, спотыкаясь, шаткая догадка. Она моргнула, прогоняя нелепые соображения.
- И почему у меня такое чувство, что в этом невинном вопросе даже не пахнет невинностью? - заронила она и, обняв за плечи на глазах у Риты, прижалась лбом к моему виску. - Обнимашки - это мило. Но сколько с ней не играй, дальше она не пойдёт. Объединить усилия по соблазнению - этого ты хочешь?
- О, для этого ты мне не нужна, - не сумела я смудрить. - Ты забиваешь голову лишними вопросами. Давай просто наслаждаться вечером. Интересной музыкой… - я обернулась. - Рыжим хвостиком.
- Куда дальше? - похоже, прощаться Настя не собиралась, усаживаясь на заднее. Рита успела занять переднее. В Центре искусства мы провели ещё час-полтора. За это время барьер между ними положительно растоптался.
Рука приветственно тронула руль. “Её кто-то собирал”, - осенило меня, и я вдруг поняла людей, питающих натуральные чувства к своим машинам. - “Даже заводское творчество хранит чьи-то старания и несёт дизайнерскую мысль. А значит, это тоже “кровь””.
- У меня дома есть ром, - я заворачивалась в ремень безопасности.
- А трамвай за пазухой, случаем, не завалялся? - Рита помогла вставить в замок. Рука вопросительно коснулась её. - Не смотри так. Я не против. Просто не могла удержаться.