Плавая в мыслях, Киара умудрилась оступиться на последней ступеньке и чуть не полетела обратно вниз, но крепкие и загорелые руки поймали ее за талию в нужный момент и поставили обратно на ноги. Зеленые глаза, полные изумления и испуга, столкнулись с взглядом серых глаз, в которых девушка могла видеть свое отражение. Когда спаситель Киары опустил руки, девушка наконец выдохнула, а остановившееся на миг сердце вновь продолжило свою работу, но через чур усердно.
-- Вот почему я предпочитаю ходить босиком. -- выдала первое, что пришло в голову Киара, поджимая губы и хватаясь за мраморные перилла, которыми она пренебрегла. -- В туфлях сложно понять, когда пора приземляться...
Генри скривил губы в подобии улыбки, спустившись на пару ступенек, чтобы поравняться ростом с девушкой.
-- В таком случае, Вам стоило родиться на берегах Индийского океана или Средиземного моря. -- Генри, после своих слов, уловил знакомый взгляд, полный откровенного интереса. В этот раз, удивляться тому не стал, ведь перед ним незаконнорожденная девчонка, наверняка она... Собственный вихрь мысль напомнил герцогу добавить в договор очередной пункт: "Проверить и удостовериться, что девушка невинна."
Заметив, как брови у мужчины сошлись на переносице, девушка опомнилась и отвела взгляд. Уж слишком пристально она разглядывала его загар, что сама не заметила, как погрузилась в размышления, где же он его мог получить: на берегу Индийского океана или Средиземного моря? Схватив пышные юбки, Киара скрылась в коридоре второго этажа, а герцог спустился вниз.
За завтраком Киары не было и мужчины спокойно обсуждали свои дела. Граф добродушно согласился на все условия герцога, правда с одним пунктом касательно "раскрытия" истинного происхождения дочери пытался спорить, вот только зря потратил силы; Генри был неприклонен.
-- Я не посмею осквернить свой род на потеху людям, граф. Никогда. Либо принимаете, либо мне больше нечего здесь делать. -- Генри кривил душой, никто бы и не посмел, женись он хоть на собаке побитой. Только вот придумано это им с шансом получить желаемое и избавиться от навязываемой ему ноши, хоть эта ноша и была привлекательным грузом...
Речь же о докторе и осмотре Киары графа лишь смутила, но согласился без возражений. Дочери он доверял и верил в ее порядочность, а как иначе может думать отец? Только вспоминал тут же, что Кристина была в том же возврасте, когда у них случился роман. Герцог тоже про себя отметил, что граф принял этот пункт без вопросов.
-- Я вернусь в Лондон завтра, после обеда. Вы со мной? -- устав от обсуждений сделки, спросил герцог, допивая свой чай.
-- Пожалуй. Мне нужно внести Киару в список приглашнных на бал Гловерсов-Моррей. -- деловито ответил граф, более чем довольный результатом беседы и не вспоминая об утренней сцене с дочерью.
-- Позаботьтесь о ее нарядах, Джонатан. -- герцог успел заметить, что на Киаре было то самое платье, в котором она "встретила" его утром и сделал вывод о скудном гардеробе. Граф немного оскорбился, но не подал виду. -- И туфлях. -- неожиданно добавил мужчина. -- Чтобы были с максимально маленьким каблуком. -- Генри встал из-за стола и вышел из столовой через большую дверь, ведующую прямо на террасу, где летом Джонатан предпочитает завтракать, сидя в плетенном кресле за деревянным столиком овальной формы. Последние слова герцога вызвали у него улыбку.
"Все правильно, Кристина. Видишь? Все правильно." -- ликовал он про себя, забыв о том, что не стоит радоваться раньше времени, считая пройденным самый сложный этап. В этом он убедился позже, когда отправился в комнату к Киаре, чтобы рассказать о грядущих пременах в ее жизни.
Молодая девушка, всегда знавшая чем себя занять и как провести время с пользой, чувствовала себя чужой в этом доме и не знала куда себя деть, пока здесь гостит, неизвестно откуда взявшийся приятель отца.
Общаться с людьми и находить с ними общий язык Киара умела очень хорошо; ее открытость притягивала собеседников, говорить с ней было легко на множество разных тем. Конечно, у нее проходили уроки этики и прочей ерунды навязанные отцом, которые, как считала сама девушка, в жизни ей не пригодятся. И оставалась верной себе и своей манере говорить как есть, без лишних рисований. К чему эти кривляния в беседе, даже если ты в светском обществе, Киара искренне не понимала. Потому предпочитала ликвидироваться из поля зрения герцога, наверняка уже считавшего ее невежественной деревеньщиной.
Ну, и пусть, посчитала девушка, ведь она такой по сути и была. Так чего стесняться того, кто ты? Лошадинное дерьмо не спутать с мясным гуляшем, хотя, Киара прикрыла свой хихикающий рот, делая вывод, что приготовь его их повар, вполне возможно!