-- Заблудилась? Исчезни, пока матушка не застала тебя в нашем холле! -- затем схватила полы платья и выскочила за дверь за сестрой.
-- Угодив в клубок змей, не покусанным не вылезишь... -- прошептала Ребекка, беря под руку Киару.
-- Что лучше, Бекс? Быть покусанным или уподобиться им, чтобы остаться целой? -- бесцветным голосом вторила Киара, удрученно вздыхая.
Элоиз впервые видела городской особняк герцога Оберона; высокие деревья с густой листвой стеной огорождали дом от любопытных глаз, видны были лишь мансарда и башня-канделябр -- единственное свидетельство того, что здесь не просто парк.
При входе в ворота девушку встретил слуга; высокий и худой юноша с очень смуглой кожей и почти черными глазами, безупречно говоривший на английском, не смотря на очевидную индо-восточную принадлежность (многие судачили о страсти герцога и его похождениях в южной части Азии). Слуга улыбался и был вежлив, но Элоиз не могла не заметить, как неохотно он пропустил девушку, не убедив ее словами: "Его светлость не принимает НИКАКИХ гостей без приглашения".
Был уже полдень, солнце лениво выглядывало из-за туч. Элли проясняющуюся погоду приняла за добрый знак.
Проходя по дорожке из природного камня и оглядывая ландшафтный дизайн придворовой территории, Элоиз восхитилась работой садовников; подстриженный газон из осоки и родственных злаковых трав, зеленые насаждения в виде отдельных кустарников, два одинаковых небольших мраморных фонтана по обе стороны дома, целые цветочные комбинации, рабатка вдоль садовых дорожек из нескольких видов растений. Посмотрев вперед, Элли увидела и сам особняк -- массивное трехэтажное здание с низко-посаженными окнами больших размеров, раскинувший свои " крылья" по сторонам; фасад был выложен из камня с использованием фигурной кладки, пилястры по обе стороны двустворчатой парадной двери из дуба, распологавшейся прямо по центру здания.
Элоиз проводили в просторную гостиную с деревянным паркетом, расписными баузерами на стенах. В гостиной стояло два красных дивана, обитые шелковым бархатом, с резьбой и позолотой, софа, обитая зеленым вельветом, а в роли кофейного столика между диванами выступала оттоманка, покрытая тканью, стоявшая на турецком ковре-ушак. У девушки пронеслась мысль, что здешняя обстановка и дизайн вполне себе соответствуют и подходят своему роскошному герцогу, и стань Элоиз герцогиней, ничего бы менять здесь не стала, даже "чужестранцев", вместо привычных ей светлокожих слуг.
Света в гостиной было не так много, не смотря на три огромных окна в пол, потому что за окнами стояли пышные кусты роз. Элоих уселась на диван спиной к окнам и лицом к двери, чтобы не упустить момент появления мужчины ее мечты. Заметив на столике рядом медный серебряный кувшин, начищенный доблеска, она украдкой взглянула на свое отражение; к ее счастью, припухлость глаз прошла вместе с краснотой, но не без помощи пудры от которой слегка чесалось лицо. Своим кукольным личиком девушка осталась довольна, лишь поправила пару прядок, выбившихся из высокой прически и принялась ждать.
Новость о гостье герцога не обрадовала, но сильно удивила. Только из любопытства, по какому такому поводу молодая и незамужняя леди без провожатой заявляется в разгар дня к мужчине, о котором ходит дурная молва, он решил встретиться с Элоиз. Тем более, он как раз собирался уходить по делам и гостиная была по пути. Застегнув последнюю пуговицу коричневого жилета с атласными вставками, Генри последовал за слугой вниз по широкой винтовой лестнице.
Элли встала, словно отпружинилась от дивана, как только в дверном проеме появился он: мужчина с правильными чертами лица, четкими скулами и темными волосами, зачесанными назад мягкими волнами. Девушка считала его самым красивым мужчиной которого только видела, не смотря на чуть кривоватую горбинку носа. Мысль о том, что Генри предпочел ей Киару ранила с новой силой.
-- Леди Лестер, чем обязан неожиданному визиту? -- личико Элоиз стало еще мрачнее, когда не получила от него в ответ улыбку. Он даже не приблизился, чтобы поцеловать ее руку.
-- Генри, -- решив напомнить ему о том, что не такие уж они и чужие друг другу, девушка допустила фамильярность. -- Вы не получали мою записку?
-- Какую записку? -- Оберон теперь знал, о чем она намерена поговорить, но решил дать ей шанс одуматься, прежде чем вновь сделать это заявление.