Элоиз была слишком наивна и не поняла этого, и собравшись с духом выпалила ему прямо в глаза:
-- Я беременна, Ваша светлость!
Выдержав паузу в несколько секунд, Генри криво усмехнулся и спокойно ответил:
-- Если Вы беременны, дорогая Элли, то точно не от меня, поэтому мой Вам совет скорее вспомнить, с кем еще у Вас была связь.
-- Да как Вы смеете! -- густо покраснев и оскорбившись, охнула Элоиз, прижимая руку к сердцу. -- Я душой и телом принадлежала только Вам!
-- Тогда, спешу Вас заверить, что Вы не беременны. -- герцог прислонился к стене и сложил на руки на груди, откровенно забавлялась, что женщины чаще всего прибегают к одним и тем же уловкам, желая зацепиться за мужчину. Глядя на эту молодую и хорошенькую девушку, он не понимал, в какой момент она потеряла самоуважение и гордость. Его раздражало, когда человек поступался своей гордостью. -- Миледи, я много лет пробыл в Индии, в стране искуссной любви, и прекрасно знаю, как устранить нежелательные последствия любовной связи. Раз Вы были только со мной, в чем я сомневаюсь, значит Вы лгунья, Элли. А, значит, я не зря сомневаюсь и Вы лгунья дважды.
Элоиз чуть ли не задыхалась от отчаяния, ее круглый подбородок уже вовсю дрожал, а юное сердце трещало по швам. В его глазах был только холод и безразличие. Конечно, она добровольно спровоцировала "эту связь" и приняла со всем вытекающим, но все оказалось сложнее. Элоиз предприняла попытку отвернуть его хотя бы от Киары; он может быть с кем угодно -- это не ранит ее так сильно, как тот факт, что он с ее сводной сестрой.
-- Что же, спешу Вас обрадовать! Новое увлеченье Вашей светлости такая же лгунья как и я, потому что никакая она не Кабольеро, а самый обыкновенный бастард моего отца -- без рода и имени! Дочь слуги-эмигрантки, с которой по молодости путался мой отец!
Элоиз добилась обратного эффекта: она полностью отвернула герцога от себя.
-- Я искренне считал Вас умнее и взрослее, но Вы ведете себя как глупое ревнивое дитя, совсем не замечая истины -- пытаясь унизить другого, в первую очередь унижаешь себя. Мне прискорбно, леди Лестер, но Вы зря унижаетесь, я ведь говорил Вам о характере нашей связи изначально? -- Элоиз крепко поджала губы, отказываясь верить в происходящее. Он робко кивнула в ответ на резки вопрос. Генри кивнул ей в ответ и молча пошел прочь, оставляя за собой только звук удаляющихся шагов.
Слезы лились ручьем, когда Элоиз возвращалась к своему экипажу. Она была зла и обессилена в тоже время. Успокоиться ей удалось, только приближаясь к дому; Элли вытерла слезы и сделала глубокий вдох, решительно думая, что проиграла битву, но не войну. Герцог был прав, он слишком опытен и умен, чтобы обвести его вокруг пальца. Наверняка не она первая пыталась удержать его таким изощренным способом. Зато, она знала того, кто наивно поверит в эту глупую ложь.
Если герцог не верит ей, Элли сообщит Киаре, как бы ей противно не было общаться с этой предательницей, что ждет ребенка от бывшего любовника. Простодушная дурочка из провинции вряд ли что-то понимает в этом и точно поверит. Тут уже сыграет ставка на ее моральные принципы, отвергнет ли она ухаживания герцога, чтобы история с бастардом не повторилась, и ее "племянник" не повторил судьбу безродной тетки. Вряд ли это вернет расположение герцога, но лучше он будет ничьим, чем будет принадлежать Киаре.
Geschäft 13
Погода в Лондоне прояснилась наконец-то соответствуя лету; было тепло и комфортно на улице, светило солнце оживляя улицы и наполняя город красками. Если бы дом графа не был за 18 миль, Генри непременно отправился туда пешком, но он слегка опаздывал, поэтому погрузился в свой экипаж с фамильным гербом и велел кучеру трогать с места.
Герцог очень надеялся, что его спутница уже готова и не заставит себя ждать, потому что после неприятной встречи с Элоиз, ему не хотелось бы задерживаться в этом доме. Обычно Генри не любит и с трудом признает свои промашки, случай с младшей дочерью графа не стал исключением; вместо того, чтобы признать, что это именно он совершил ошибку связавшись с ней, Оберон винил саму девушку, ее глупость и глупость женской натуры в общем. Мужчине вдруг стало любопытно, как бы вела себя Киара, окажись она на месте сестры? Стала бы так же изощраться, чтобы зацепиться за вакантное место герцогини?
Что же, ему этого не узнать, ведь этой девчонке пришлось делать ровно ничего, чтобы предендовать на этот титул и на него самого. Ей просто повезло родиться в его доме с такими потрясающими локонами цвета махагони...
Генри почувствовал особое наслаждение, представляя себе, каковы эти волосы на ощупь. Сладострастное предвкушение охватывало его, стоило оживить моменты их стычек, случайные телесные контакты, томный взгляд зеленых глаз из под густых ресничек. Похожие чувства овладевали им, когда он предвкушал встречу со своей Савирти в прошлом, которое казалось уже очень далеким, только вот Киара не казалась такой однозначной, как его индийская любовница -- Савирти была создана для любви и играла она в игры только для разжигания желания и страсти. Его же навязанная невеста в одну минуту была искуссной вертихвосткой, в другую же -- абсолютно невинным и неопытным дитя. Что ж, доктор хотя бы доказал, что физически она действительно невинна, правда существует множество других способов забавляться с женщиной, но Генри отбросил эти мысли. Ему почему-то было важно оставаться при мнении, что Киара действительно не принадлежала никому раньше...